Книга Игра на двоих, страница 148 – Татьяна Тальская

Я хватаю воздух ртом.

— И у нее бы все получилось. Если бы она не захотела выжать из этого максимум — славу, деньги, громкое имя. Поэтому и согласилась на встречу… с мыслью меня очаровать.

Я закрываю лицо ладонями.

— Илья…

Он притягивает меня к себе.

— Прости, любовь моя. Прости.

Я отстраняюсь, и мысль ударяет, как молния.

— Сколько ты заплатил за эти картины?

Он выдыхает и отводит взгляд.

— Примерно… 500 миллионов рублей.

Я закрываю рот ладонями, глаза круглые.

— Ты ненормальный! — вырывается у меня. — Даня был прав: у тебя денег больше, чем здравого смысла. Они же… ужасные, Илья.

У него сначала каменеет лицо, а потом он вдруг смеется — тихо, искренне, как будто с него свалили бетонную плиту.

— Я бы тебе их бесплатно отдала, — фыркаю я сквозь слезы. — Да я бы доплатила, чтобы ты их забрал.

Он смеется уже в голос. И на секунду становится легче дышать. Но тут мне вспоминается другое.

Я резко встаю.

— Подожди. А Эля?..

Он замолкает. Взгляд темнеет.

— Илья. Эля?..

— Ею займутся полицейские, — отрезает он.

— Нет… — у меня все сжимается. — Я не хочу…

Он берет мои руки.

— Про Элю поговорим в понедельник, — говорит твердо.

— В понедельник?

— А сейчас… — он целует меня в щеку, потом в губы, — я хочу говорить про нас.

Еще поцелуй.

— Можно мы сначала починим нас, а потом будем думать о твоей… ведьме-сестре?

Я фыркаю и невольно улыбаюсь. Слышать «ведьма» из уст Ильи Мельникова почему-то смешно.

— Тебе смешно? — он тоже улыбается, прижимая меня к себе.

— Это просто подтверждает то, что я всегда знала.

— Что именно? — он улыбается мне в губы.

— Что ты идиот, — говорю я и сама смеюсь.

Он подхватывает меня на руки одним движением, и я визжу от неожиданности.

— Где спальня, вредина? — бурчит он. — Сейчас я тебя украду.

— А ты не… выжат? — смеюсь я. — Я видела твои мозоли на руке.

— Веди себя прилично, — бросает он, и в его глазах наконец-то живое тепло.

Он несет меня в спальню, ставит на кровать. Снимает рубашку, и я ловлю себя на том, что смотрю на него как в первый раз.

Но больше всего меня приковывают его глаза. Они как дом.

Илья наклоняется, целует, и я чувствую: мы правда возвращаемся.

— Подожди, — я вдруг вспоминаю и хватаю его за руку. — Иди сюда. Я хочу кое-что показать.

Я веду его в соседнюю комнату и поднимаю ладонь к мольберту. На холсте — мы вдвоем. В обнимку. Смотрим друг на друга так, будто вокруг больше никого нет. Момент, который я держала в памяти и вытаскивала наружу неделями.

Илья замирает. Проводит пальцем по названию внизу. «Навсегда в „Зачарованном“».

Он сглатывает, будто ему тяжело. Его глаза находят мои.

— Я люблю тебя, — шепчет он.

— Я тоже люблю тебя, — отвечаю я.

Он целует меня и вдруг говорит так тихо, что я почти не верю:

— Выходи за меня.

Я отстраняюсь.

— Что?..

— Выходи за меня, Катя. Я понимаю, это не самый… идеальный момент. Но наша история. И эта картина… — Голос у него ломается. — Я просто… я хочу, чтобы это было навсегда.

Я смотрю на него, и у меня все внутри светлеет.

— Илья Мельников, — я смеюсь сквозь слезы, — ты сейчас делаешь мне предложение… вот так, без подготовки?

Он опускает взгляд, потом медленно улыбается.

— Похоже, да.

Он целует меня, прижимает ближе.

— Ну? Что скажешь, Лаврова?

Он ждет, почти требуя ответа, и я сдаюсь.