Книга Ходячее недоразумение майора Попова, страница 27 – Кэти Свит

— Нельзя, — отрезает отпихивая меня назад.

Бросаюсь вперед, пытаюсь пробиться, но мне не позволяют ступить ни единого шага за линию. Все мои попытки найти Лерку оказываются тщетными, истерика оставляет без сил.

Я не смотрю по сторонам, мой взгляд прикован к той точке, где я видела Золотареву живой. В последний раз.

Рыдания рвутся наружу, а я их даже не сдерживаю. Падаю на снег и продолжаю страдать.

— Девушка, вам нужно успокоиться, — ко мне подходит высокий мужчина в форме с логотипом спасателя. — Идите в номер, звоните на горячую линию. Вся информация в первую очередь поступает туда. Не нужно мешаться здесь. Может быть новый сход и тогда вы сами окажетесь под завалом.

— Там моя подруга, — показываю на снежный занос.

— Мы делаем все необходимое для ее поисков, — тактично отвечает. — Свяжитесь с родственниками, может быть кто-то из них сможет приехать.

Его взгляд пробирает до центра души. Его энергетика давит.

— Зачем? — не понимая моргаю несколько раз.

Он смотрит на меня не скрывая печали, но ничего не говорит.

— Для опознания? — выдыхаю чувствуя как внутри все сжимается в тугой комок.

Мужчина оборачивается назад, показывает кому-то определенный жест, а после переводит внимание на меня.

— Вы ничем не можете ей сейчас помочь, идите в номер, — отрезает. И показывает мне направление в сторону базы.

Его категоричный тон, множество людей в форме и такое же количество обыкновенных зевак, дезориентируют меня окончательно.

— Пустите меня. Позвольте начать искать, — умоляю его. — Лерка! Леееера! — кричу, что есть мочи, но меня тут же заставляют заткнуться.

— Не стоит повышать голос, — заявляет сурово.

— Простите, — пищу замолкая. — Разрешите отправиться на поиски. Я не буду больше кричать, — прошу.

Но вместо желанного “конечно, идите”, чувствую на себе жесткий мужской взгляд.

— Возвращайтесь в номер. Здесь вам делать больше нечего, — отрезает.

Мне не остается ничего иного кроме как уйти.

Отойдя на несколько метров в сторону, я останавливаюсь и оглядываюсь назад. Молюсь о чуде, желаю увидеть свою Лерку живой и невредимой.

Но чудес не бывает на свете.

Вокруг меня белоснежное полотно.

Понурив голову вниз, тащу дурацкие лыжи и медленно ухожу от места, где в последний раз видела Лерку. Сердце разрывается на части от боли.

Дойдя до пункта проката, сажусь на лавочку и устало облокачиваюсь о стену. Достаю телефон.

— Ваня, пожалуйста, возьми трубку, — шепчу смотря на небо. — Ты сейчас очень нужен, — тихонько молю.

— Слушаю, — в динамике раздается напряженный голос Золотарева. — Маша, только не говори, что Лера…

Он не успевает закончить фразу, как я перебиваю.

— Вань, она под завалом.

Ну вот. Сказала.

Пока не произнесла вслух, чудовищная правда казалась мне эфемерной, а теперь от нее уже не убежать.

Лерка пропала. Она под снегом.

Хватит ли ей сил и удачи выбраться? Никто не знает.

Нам остается только ждать.

— Ты где? — раздается глухой голос Золотарева.

— У пункта проката, — говорю чувствуя непомерную дрожь. Меня колотит, зуб на зуб не попадает. Тело бьется в конвульсиях, дышать могу через раз. — Я видела как она катилась, Вань. Я видела лавину. Лерка на лыжах, а я… А я…

Рыдания подкатывают к горлу и перекрывают путь для кислорода. Задыхаюсь.

— Машка, не кипишуй, — настойчивый тон Вани отрезвляет и заставляет вынырнуть из заходившейся паники. — Где парни, ты знаешь? Когда видела их?