Книга Затаив дыхание, страница 43 – Кристина Лин

Странный он. И я странная. Вроде бы должна разозлиться на него. Но злости нет. Будто выплеснула все эмоции вместе с выстрелами.

Когда за Леной захлопнулась дверь, Максим устало опустился в кресло. Он сидел, обхватив голову руками, и пытаясь собрать мысли в кучу. Но мысли то и дело возвращались к кудрявой девушке на его столе, которую он целовал совсем недавно. Эмоции, которые она вызывала в нем, были для него настолько непривычны, что даже пугали. Казались призрачными, давно забытыми, непозволительными. Твердо убежденный в том, что любви не существует и что этим понятием обозначают гормональный коктейль от понравившейся особи противоположного пола, мужчина не мог понять природу своих ощущений.

Всего пару недель назад он похоронил своего водителя, который прикрыл его собой в перестрелке. Но этим все не закончилось. Оказалось, что пока он был на свидании с Леной, на склад нагрянули ребята с пушками и вывезли весь товар. В перестрелке погибло семь его человек. Семь бойцов. Самому младшему из них было двадцать два. Совсем сопляк еще. И Максиму еще предстояло разобраться с тем, кто именно из его старых, а может и новых, "друзей" нагрянул к нему тогда. Все ниточки тянулись к банде Астахова. Но без твердой доказательной базы, это все сводилось лишь к его домыслам и цепочке случайных совпадений.

Максим не боялся расправы, не боялся своих врагов, он привык жить в вечном напряжении, ожидая нападения каждую минуту. Гораздо больше его беспокоила его собственная реакция на слабую девушку, которая сейчас жила в его доме. Поначалу ему было интересно наблюдать за ее реакцией на его ласки. Как ученый изучает подопытного кролика, он изучал ее поведение и реакции. Когда она выгибалась в спине, подавалась ему навстречу и кричала во время оргазма, он рассматривал ее как диковинную игрушку. Изучал ее тело, все чаще задумываясь о том, до какой степени экстаза ее можно довести. И то, что он видел, озадачивало и удивляло. Ведь в его постели побывало немало девушек, все они были послушными, соглашаясь на все. И каждая кричала от удовольствия или от боли, всегда по-разному. Но ни одна не отдавалась ощущениям с такой страстью и трепетом, как это делала Лена.

Казалось, она полностью отрешается от мира, когда он доводил ее своими прикосновениями. И, наблюдая за ней с рвением хирурга, изучающего работу органов в организме, он незаметно для себя все глубже погружался в свои ощущения, словно считывая их с нее, он погружался в них, как в транс. А это было непозволительной роскошью для такого, как он. Все больше увязая в своих чувствах, он рисковал поставить на ней клеймо "слабое место Максима Князева", тем самым подвергая ее еще большей опасности.

Пять лет назад

— Вот ты где? — Максим нашел девушку возле фонтана во дворе дома. Она очень любила это место, ей нравилось наблюдать, как капли стекают по античной вазе. Иногда, как вот сейчас, она опускала руку в воду, позволяя струям воды стекать по пальцам.

Девушка повернулась на звук его голоса и ласково улыбнулась. Она подошла к нему немного неуклюже из-за ощутимо выпирающего животика. Максим погладил ее живот, ощутив едва различимый толчок под пальцами.

— Нам нужно поспешить, — сказал он девушке, и та кивнула.

Они направились в оперу, на премьеру. Сидя в просторной лоджии, где кроме них двоих, никого не было, девушка смотрела на сцену. Максим откровенно скучал, рассматривая то обивку зала, то сидящих внизу напыщенных толстосумов. Его душу не трогал вибрирующий голос, разносящийся под сводами заведения. За сюжетом же он вовсе не следил. Это было желание Карины прийти сюда, а не его. И хотя любви к девушке у него не было, она носила его ребенка, а это меняло многое.