Книга Дьявол (не) носит маску, страница 84 – Светлана Тимина

— Ты должна научиться видеть людей не как друзей, а как инструменты для достижения своих целей, — подытожил он.

Внутри у меня на короткий миг возникло смятение, но теперь я знала, что этот путь — только мой выбор.

И я широко улыбнулась, готовясь принять уроки безжалостности, понимая, что это может изменить мою жизнь навсегда.

И я пойду рука об руку с Деймоном в новую жизнь, избавившись от призраков прошлого.

— Пойдем со мной, - коуч вырвал меня из омута сладких воспоминаний о ночи с Деймоном, указывая на очередную серую дверь. – Расследование относительно смерти Альтьери завершено. Тебе предстоит увидеть что-то неожиданное.

Ноги почему-то не слушались меня. Я хотела оказаться, где угодно – в тепле шёлковых покрывал, в обволакивающей воде бассейна. Больше всего – в объятиях Деймона, а не вот это вот все, как говорится.

Несмотря на то, что мне сейчас вбивали в голову уникальные знания, технологии, которые позволяли без усилий управлять и манипулировать другими людьми, это был не совсем мой путь.

Ранее я плыла по течению в своей зоне комфорта и позволяла провидению решать за себя. Как выяснялось сейчас – это был путь в никуда.

Мною управляло не провидение, а другие люди. Хищники по натуре. В низшем мире их недостаточная власть и статус компенсировались беспринципностью, жестокостью и извращенным умом.

Коуч был безжалостен. Он снимал мои покровы заблуждений, словно шелуху с луковицы день за днем, шаг за шагом. Почти заставив возненавидеть своих родителей, которые под прикрытием религии лепили из меня безропотную рабыню и давили прессом вины за выбор «сатанинской профессии».

Только Деймон не позволил мне потонуть в этой пучине. Он поддерживал меня, находил нужные слова и внушал в измотанное сознание мысль, что я гораздо сильнее, че себе представляю. Что я попалась в ту же ловушку, в которую они, члены мирового правительства, испокон веков загоняют нас, свою паству с целью иметь рычаги управления.

Мало кто вырвется из этих оков без доступных высшей касте знаний. Даже если получит к ним доступ – генетически заложенный страх перемен и пропаганда не позволят никому разорвать эти путы.

Другое дело я. Я делаю это под контролем человека, лучшего в своем деле. Он не даст мне сойти с ума или упасть. Он в любой момент готов прийти на помощь, пусть меня не сбивает с толку его строгость и невозмутимость.

И я просыпалась с верой в то, что моя сила безгранична, как и мои возможности. И со временем дискомфорт начал уходить, ему на смену пришла сначала жажда новых, уникальных познаний, а затем – затем я распробовала власть на вкус.

Учитель давал мне эту возможность совсем в малых дозах.

Он пояснял это так:

— Эйфория – твой враг, едва ли не сильнее, чем незнание и слепое подчинение.

И я ему верила безоговорочно.

Изначально под давлением Совета цель моего обучения заключалась в том, чтобы я заменила фигуру Франчески в криминальной сетки нижнего мира. Но этому изо всех сил воспротивился Деймон. Поставив чёткое условие – он будет рядом, даже если для этого придется сбросить его действующие полномочия в сенате.

Он понимал, что я иду на огромный риск. Что эта ответственность однажды меня раздавит и превратит в тех, кого я так сильно ненавидела: в покойную Альтьери с ее отсутствующей эмпатией и жаждой ломать других, либо в Стивенса, для которого люди всегда были игрушками и марионетками, которые стоило ломать и выбрасывать по истечении срока.