Книга Любовь, рожденная в аду, страница 103 – Светлана Тимина

Её «Харлей» взревел, как зверь, сорвавшийся с цепи.

---

Утёс встретил её тишиной. Там, где раньше кипела жизнь, собирались люди — теперь было пусто. Джулия знала – они объявили запрет на веселье, пока она не будет найдена, ей об этом писали. Надо будет как-то закатать там вечеринку… но пока она не готова к этому. Другие дела.

Девушка кивнула охране:

— Отдыхайте. Дальше я сама. Мама не узнает, обещаю.

Джулия сняла шлем, и ветер растрепал её волосы, будто узнавая, та ли это девушка, которую он видел раньше. Она подошла к краю, и под ногами распахнулась бездна. Море тянулось, тёмное, тяжелое. А вдали — едва заметные силуэты островов.

Она провела там слишком много времени.

Слишком много боли.

Слишком много ночей, которые… оставили след, от которого она всё ещё отмахивалась, будто от ожога.

Джулия выдохнула, длинно, глубоко.

Хватит.

Она достала телефон и набрала номер.

— Лив, — голос её прозвучал удивительно спокойным. — Я хочу напиться. И, пожалуйста… сделай яркий макияж на глазах. Задолбалась я уже видеть в тебе его глаза.

Пауза.

Лив что-то проговорила о том, что лучше выколет оба глаза брату. Джулия расхохоталась.

— Давай на нашем месте. И да. Расскажи, это твоя работа — тот склад, что пылал так, что в Белла Вере было светло, как днём?

Бодигарды Джули все же ждали ее за поворотом. Джулия кивнула.

— Я – пить с подругой. Потом байк отгоните.

Они встретились в пабе, спрятанном в скалах. Место с тяжелым запахом виски, дерева, соли и какой-то степени опасности. То, что нужно. Здесь иногда совершались судьбоносные сделки.

Оливия шла уверенно, в расслабленном наряде — кожаные брюки, свободная чёрная майка, куртка накинута на плечи. За ней — двое охранников. Она кивнула, усмехнулась:

— Извини за эскорт. Статус обязывает.

Джулия фыркнула. Усмехнулась. Подняла стакан. Оливия подхватила свой, грациозно нагнулась – немногочисленные посетители паба как по команде уставились на ее задницу в коже.

Они выпили, обнявшись. Джулия улыбнулась, чувствуя, как расслабляется.

— Так склад?

Оливия взяла свой бокал, крутанула по столешнице так, что напиток не пролился.

— Да. Это была я. Не волнуйся, всё ценное вывезли за час до взрыва. Но Кей об этом, конечно, не знает.

— А зря, — хмыкнула Джули.

Она выпила виски одним махом. Оливия приподняла бровь, но ничего не сказала.

Джулия подалась вперёд, опершись локтями о стол.

— Ходят слухи, — тихо сказала она, — что он объявил за твою голову награду.

— Я знаю, — спокойно ответила Оливия. — И он понимает, что я тоже могу объявить за его. Но у родственников это так не делается, все знают: если он нанимает кого-то убить члена семьи, то убийца и его семья – не жильцы. Вендетта за кровь Кастелло.

Джулия усмехнулась криво:

— Думаю, пора мне это сделать. Объявить ему вендетту. И назначить сумму за его голову.

Оливия смотрела на неё долго. Потом медленно кивнула.

— Это просто. Но… — она наклонилась. — Если ты хочешь, чтобы он сам полез в петлю… тогда нас ждёт война.

Джулия подняла взгляд. В сером свете паба её глаза почти светились.

— Хочу. Значит — война. Я попрошу мать поддержать меня.

— Умно, — Оливия прищурилась. — Очень умно.

Джулия вдохнула, снова посмотрев на подругу.

— А теперь… тот твой бодигард. С нереально зелёными глазами. Одолжи на ночь.