Книга Моя тьма, его правила, страница 80 – Светлана Тимина

Я не могла поверить, что он так разговаривает со мной. Но, несмотря на это, я почувствовала, как что-то в груди замерло. Он знал, что я сдалась ему. Это было в его глазах.

Он поднял моё лицо за подбородок еще выше, и я почувствовала, как воздух стал тяжелее. Я не могла ничего сказать, только смотреть в его глаза. На коленях, без одежды, в его руках - было моё место. Я не могла уйти.

— Мне почти жаль, но я не остановлюсь. Я не дам тебе своей жалости.

Его голос был полон власти, и каждый его взгляд заставлял меня чувствовать себя слабой, не имеющей силы воли.

— Ты будешь помнить об этом, Блейк. Каждый раз, когда будешь пытаться убежать от моей власти, даже в своем сознании…ты будешь помнить, что не можешь.»

Он медленно отпустил мой подбородок и снова посмотрел на меня, и я поняла, что слова — это только начало. Неизбежность затопила все вокруг.

И плеть в его руке, которой он внезапно провел по моей щеке – грубо, давая ощутить ек плетение, а затем провел разветвляющимся кончиком по моему языку. Но вряд ли он давал мне возможность привыкнуть. Нет, он уничтожал меня, давая понять, что скоро я буду ощущать ее поцелуи не только на языке…

— Ты думала, что можешь остановить меня, Блейк? — его голос был глубоким, спокойным, но в нем слышался ледяной оттенок, который пробирался до самых костей.

Я не ответила. Всё, что я могла сделать — это смотреть в его глаза. Он знал, что я не могу ответить. Он знал, что всё, что я делаю — это его решение. Это он решает, что будет даль

Плеть двинулась вниз. Подняла мои набухшие соски, заставив все внутри вновь дрогнуть под лютым холодом неизбежности. И только кожа стала горячей от этого прикосновения. Он всегда знал, как заставить меня забыть, где я нахожусь, забыть обо всем, кроме него.

— Ты думала, что твои границы — это что-то, что можно просто так установить? — его слова эхом отзывались в моей голове, как грозовые раскаты. — «вои границы… они существуют только потому, что я их позволяю.

В голове зашумело. Он знал, что я уже на грани. Знал, как управлять моими реакциями, как подводить к краю бездны. Это был тот момент, когда я осознавала, что теперь я — это не я, а его собственность. Он был тем, кто решал, куда я могу идти, а куда нет.

Майкл слегка наклонился, и я почувствовала его дыхание на своей шее. Мне было трудно дышать. Я знала, что он сейчас будет проверять меня. Он всегда это делал — исследовал мои границы. И сейчас он будет проверять, насколько глубоко я готова зайти.

— Ты боишься, да? Может, скажешь волшебное слово, и все закончится? Но ты не скажешь. Твоя вина усилится, и чтобы выбить ее, мне понадобиться действовать жестче совсем скоро, — Майкл продолжил, его голос был теперь низким, почти шепотом. — Ты боишься узнать, как далеко я готов зайти, Блейк?

— Да… — я едва могла произнести это слово. Мой голос звучал тихо и, казалось, мне не принадлежал.

Он не ответил. Просто продолжил смотреть на меня, как будто я могла его остановить.

Я почувствовала, как его руки мягко обвивают мои запястья. Мгновение — и на них легли первые витки грубой веревки.

Он связывал мои руки, веревки впивались в кожу. Не было нежности ремней и защитных поцелуев стальных оков. Это лишение свободы больше не было моей защитой от внутренних демонов. Это была часть наказания.