Книга Моя тьма, его правила, страница 41 – Светлана Тимина

Я не боролась. Не так, как раньше. Не так, как должна была. Я стояла, позволяя его рукам двигаться дальше, оставляя за собой раскалённые следы.

— Верёвки — это слишком мало для тебя, Блейк, — продолжал он, будто знал, что внутри меня уже начался этот чертов разлом. — Ты всё ещё держишь себя в узде. Всё ещё пытаешься спрятаться за страхом, за тем, что ты «не можешь».

Я не могла. Я не могла. Но...

— Скоро я надену на тебя цепи. На твои руки. На твои ноги. Я сделаю так, что у тебя не останется выбора, кроме как отпустить себя. Полностью.

Вспышка. Судорожный вздох. Волна ужаса — но не холода. Нет, наоборот. Она была обжигающе горячей. Она прошла по всему телу, заставляя мышцы сжаться в бессильной дрожи.

— Ты всхлипнула, — он улыбнулся, тёмный, опасный, но не насмешливый. — Твоё тело уже знает ответ, даже если ты не хочешь его услышать.

Господи. Я чувствовала это. Влажное, липкое желание, которое должно было быть неправильным. Но оно было здесь. Настоящим.

Я не выдержу…

Слишком неправильно.

Слишком остро.

Слишком хорошо, чтобы быть правдой…

Его руки ласкают, изучают. Пальцы сжимают, медленно, но уверенно. Я вся горю, и это сводит с ума. Слишком сладко. Слишком правильно.

— Отпусти… — мой голос срывается, я тянусь к его ноге, цепляюсь за неё, как утопающая. — Не надо цепей…

Майкл не отвечает сразу. Вместо этого пальцы касаются моего подбородка, поднимают лицо вверх. Мне приходится смотреть в его глаза — глубокие, тёмные.

— Красный или жёлтый, Блейк?

Нет…

Я дрожу. Хочу сказать «красный», но губы не слушаются. И когда шёпот срывается с языка, я ненавижу себя.

— Зелёный.

И слёзы текут сильнее. Потому что я не должна была этого сказать. Потому что я не хочу, но моё тело хочет.

Майкл проводит ладонью по моим бёдрам, затем вверх, по ягодицам. Я вздрагиваю, втягиваю голову в плечи. Он замечает.

— Что тебя пугает?

Слова застревают в горле.

Но я знаю, что он не оставит меня в покое.

— В цепях… за ними всегда была боль и разрушение.

— Блейк! – он не успокаивает меня и даже не гладит. – На будущее: в моей спальне нет места другому мужчине и твоим ожиданиям, спроецированным на меня!

И, увидев мои широко раскрытые глаза, шепчет:

— Я здесь не для того, чтобы сломать тебя. Я здесь, чтобы дать тебе высшую степень свободы!

А потом тише добавляет:

— Даже если методы не всегда понятны.

Наши глаза близко-близко. И во мне с треском рушится то, что превращало мое сознание в руины уже столько времени.

Резко, словно плотина, которую прорвал горный поток… уходит тяжесть и страх, заполняя тело светом.

И прежний мир летит к чертям. Все сужается до нас двоих и этого момента, который пугал меня совсем недавно посильнее смерти.

---

Я стою на коленях, связанная, и вся моя уязвимость будто выносится наружу. Это ощущение — не слабость, а странное облегчение, как будто весь мир остался за пределами этой комнаты, а я здесь, только с ним, только для него. Тело начинает подрагивать, и я ловлю себя на мысли, что это не от страха, а от чего-то другого — от желания. Невероятного, непередаваемого желания.

Его палец касается моих губ, медленно и нежно, и я инстинктивно открываю рот, принимая его в себя. Он не спешит, я чувствую, как его палец скользит по моей коже, и вдруг, как в бреду, втягиваю его в рот, не в силах удержаться. Я целую его пальцы, и кажется, что это так естественно, как будто я не могу не делать этого. Мои губы скользят по его коже, я хочу больше, хочу быть ближе, хочу раствориться в этом моменте.