Книга Моя тьма, его правила, страница 142 – Светлана Тимина

Можно было записать меня в ряды сумасшедших, безвольных, жертв то ли стокгольмского синдрома, то ли жертв по определению.

А можно было уже просто наконец стать честной с самой собой и понять, что все дороги всегда ведут к нему. И что я недостаточно сильна, чтобы этого не видеть и не хотеть.

Что все эти дни вдали от Майкла я подсознательно ждала именно этого. Поступка, который уже не оставит мне шанса прятаться за выдуманными нормами, поскольку саму себя я боюсь гораздо больше.

— Блейк, — его голос стал ниже. Он опустился на колени перед кроватью, не сводя с меня взгляда. — Ты останешься со мной? Ты готова начать сначала?

Я молчала. Не знала. Не могла понять, готова ли я впустить его снова. Сердце рвалось, но разум цеплялся за остатки боли. Тогда он медленно протянул руку, сжал мой подбородок — крепко, но не больно. Просто, чтобы я не отвела взгляда.

— Если тебе не хочется принимать решение, — сказал он, тихо, — но ты готова, чтобы я тебя взял, просто кивни.

— Не хочу… - произнесла я, не вдаваясь подробности.

Подробности того, чего именно не хочу: быть с ним, принимать решение или слышать его голос.

И при этом красноречиво кивнула, почти уронив голову на грудь.

Я не успела ничего сказать. Он уже тянулся ко мне — резким, уверенным движением. Рубашка — его рубашка — в тот же миг оказалась вспорота, как ненужная оболочка. Воздух в комнате стал другим. Густым. Заряженным. Как перед грозой.

Он запустил пальцы в мои волосы, сжал, не причиняя боли — но так, чтобы я замерла. Подчинилась.

Это было… правильно. Почти священно. Как будто весь этот хаос, вся боль, страх, растерянность — вдруг сложились в одну единственную точку. Здесь. Сейчас. С ним.

И внутри — вспыхнул огонь.

Он бежал по коже, как по сухой траве. Жаром. Молнией. Я вся загорелась изнутри, не в силах сопротивляться. И не хотела. Огонь не пугал. Он очищал.

— Смотри на меня, — велел Майкл. Голос стал другим — густым, чуть хриплым, опасным.

Я подняла взгляд. Встретилась с его глазами. Он держал мою голову, не давая отвернуться. И я не хотела. Потому что в его взгляде было всё: и боль, и вина, и любовь… и власть. Та, которая не разрушает, а собирает тебя обратно. По кусочкам.

— Скажи, что ты этого хочешь, — прошептал он, но в его голосе звучал приказ.

Я открыла рот — и замерла. Слово застряло. Он наклонился ближе. Его дыхание обожгло мою щеку.

— Говори, Блейк.

Я дрожала. От ожидания. От желания. От свободы, которую чувствовала впервые. Мне не нужно было защищаться. Не нужно держать дистанцию. Всё стало простым.

— Я хочу этого, — прошептала я. — Тебя.

Он улыбнулся — хищно, сдержанно. И в следующую секунду я провалилась.

Куда-то туда, где больше нет мыслей. Нет страха. Есть только приказы. Его голос. Его руки. И моё тело, которое, наконец, вспомнило, что значит — принадлежать.

— Ты должна знать. Во мне не только свет. Впрочем, я никогда этого от тебя не скрывал…

Майкл провел кончиками пальцев по моей щеке. Возбуждение метнулось хищной птицей, чтобы уже в следующий момент на меня обрушилось что-то странное… похожее на легкий транс.

Все поплыло перед глазами. Его пальцы застыли на моем подбородке.

— Расскажи мне… - сбившимся голосом прошептала я.

— Я люблю тебя так сильно, что готов на все, чтобы ты была счастлива. Когда ты в моих руках, когда дрожишь от моих прикосновений или плачешь, зная, что я рядом, — я чувствую власть. И в этой власти есть капля эгоизма.