Книга Моя тьма, его правила, страница 132 – Светлана Тимина

С каждой минутой я понимала все отчетливее: мужчины, подобные Майклу, встречаются раз на сто лет. И с большой долей вероятности у них будут скелеты в шкафу, с которыми будет трудно смириться. А то и вовсе невозможно.

Сколько раз я просыпалась в невероятном возбуждении и в слезах. Его слова – «если ты не сможешь решиться, я сымитирую твое похищение» - играли новыми красками.

Это бы решило так много проблем. Забрало бы всю мою ответственность за поступки и право его ненавидеть.

Закрадывалась крамольная мысль – я ведь не причинила зло никому из его близких, меня не за что терзать так, как он поступил с Дреа. Я презирала себя за это. Даже несмотря на то, что Дреа относилась к Бейну теперь, как… как к хорошему другу.

И нет. Это не было ее стокгольмским синдромом. Молодая девочка обладала суперсилой пережить, проанализировать, включив не только эмоции, а и голову. Она не сошла с ума, она нашла в себе силы с этим справиться. Чего нельзя было сказать обо мне.

Мне казалось кощунством ее намеки на то, что Майкл меня все еще любит и нам стоит быть вместе. Не вписывалось все это в картину разрушения, свидетельницей которому я стала.

Майкл все равно был монстром. Свободных от тьмы доминантов не существует. А я… я так отчаянно хотела, чтобы он оказался настоящим.

Линда Хаммер собралась в отпуск. Внезапно, что мало вязалось с ее образом безупречной бизнес-леди, или я просто никогда не вникала, что мой босс любит медитировать на Бали с видом на закат.

Я поймала себя на мысли, что хочу попросить взять меня с собой. Увы, это было невозможным. Мое повышение требовало нахождения здесь. И к тому же взять на себя ее основные обязанности.

— Не пугайся раньше времени. Я понимаю, у тебя личная жизнь и все такое, но я не могу никому доверять, кроме тебя. Пришлю толкового стажера. Хотя бы чтобы ты не варила сама себе кофе.

— У меня есть Мия.

— Твоя секретарь часто мотается по городу, выполняя твои поручения. И не стоит ее заваливать дополнительной работой. Заодно присмотришься к стажеру. Думаю, подойдет нашей команде, он из семьи управленцев. Если нет, ты мне скажешь.

Я пожала плечами. Может, и правильно. Мне предстояло перерыть уйму архивных документов, которые еще не успели оцифровать, и пара лишних рук была бы как нельзя кстати.

Я погладила запястье. Невидимый след от цепи. Вслед за выстрелом сладкого томления обрушилась реальность, и я с остервенением открыла договор, чтобы проанализировать его на предмет спорных пунктов. Работа. Она меня спасала.

Вечером я буквально валилась с ног, но мысль о том, что предстоит возвращаться в свою квартиру и снова страдать, пугала куда сильнее возможности сгореть на работе.

Пикнул телефон.

«У меня есть «шардоне» тридцатилетней выдержки. Твои соображения, что с ним делать?»

Дреа. Мой вечный искуситель. Не так давно едва не уговорила меня позволить послать фотографии на конкурс. Я отказалась только потому, что не знала, как они повлияют на взлет моей карьеры. Но не окончательно – просто попросила отложить их до лучшего времени. Каммингс не показала, как расстроена. Но я видела в ее глазах сожаление.

Я перезвонила.

— Слушай, если ты собираешься петь оды Бейну под бокал, я пас.

— Ой, милая, - рассмеялась Дреа. – Не льсти себе, мир не крутится вокруг тебя с ним. В наказание ты будешь весь вечер слышать о том, что у меня с моим новым бойфрендом. Ну как?