Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 77 – Дия Семина

— Да, прилично, но хватило бы и одного. И их предводитель — дядя твоего кровного отца. Прости, порчу утро, но он совершенно точно уже отдал приказ убрать тебя. Ты как остов, на котором держится вся защита против этих ненормальных. Ты и Наталья Николаевна Черкасова. Она тоже получает массу палок в колёса, на неё тоже совершались и ещё будут совершаться покушения, этой гидре пора обрубить все головы.

Каждое его слово заставляет меня не просто нервничать, эти слова парализуют страхом. Мы уже столько пережили, через такое прошли, и оказалось, это была только разминка…

— Но зачем ему меня убивать? Хотя Ремезов же сказал, что я как бы украла семейный дар по праву первенца. Маразм.

— Не сегодня, так завтра до них дойдёт, что ты возрождённая. Думаю, что этот самый Сильвестр Ремизов уже догадался. И тогда на тебя обрушится вся злоба Ярослава Разумовского. Потому мы теперь действуем на опережение. Пока он не успел прогнуть под себя следователей Тайной канцелярии.

— Да уж, романтический разговор утром после первого секса. Замечательные новости, но я, конечно, обо всём догадывалась. Тут особо и думать не нужно, всё предельно понятно, и яды, и покушения. Но что делать? Когда они нападут? — говорю вроде спокойно, а в душе нарастает тревога.

— Остаётся только догадываться. Потому что это снова будет кто-то одурманенный, а тебе придётся зарядить пистолет и носить его в сумочке, только аккуратно, чтобы никого не застрелить случайно. И в случае опасности очень тебя прошу, стреляй в плечо, руку или бедро, не убивай наповал, чтобы не превысить самооборону. Ты ведь отлично стреляешь.

Он не выдержал, придвинулся, и мы снова целуемся, это он так решил завязать с разговорами или с моими протестами по поводу пистолета в сумочке.

Я решила, что пока с меня хватит «приятных» новостей:

— Нам пора собираться в гости к Черкасовым, и думаю, что тебе придётся всё это повторить ещё раз. Детей лучше оставить дома, раз мы на осадном положении. И предупреди отца, тебя он воспримет всерьёз, а я для него щебечущая птичка, послушает, умилиться и тут же забудет.

— Как прикажете, моя королева…

— Да, кстати, раз ты такой всезнайка, а что про самого Разумовского, того, кто является отцом Анны? Он как настроен?

— Его Андрей Романович Орлов наставил на путь истинный. По крайней мере, он не желает тебя смерти или ссылки.

— Да уж! Прям прогресс! Ладно, я почему-то даже не удивляюсь. Пора мне делать укладку, выбрать платье и собираться на долгожданный приём. И, кстати, Наталья Николаевна очень дельный и разумный человек, она тоже попаданка и возрастная, мудрая женщина. Поговори с ней по поводу мельницы, может быть, она станет твоим компаньоном? Надёжнее них для нас никого нет.

Снова затяжной, ласкающий и дурманящий поцелуй.

— Как всегда, права, так и поступлю. На самом деле у меня на восстановление мельницы уже средств хватает, твоими стараниями вообще не понадобится компаньон. Но совет директоров труднее облапошить, чем одного хозяина. Я поговорю и предложу долевое участие и Марку Агееву, и Наталье, так будет намного надёжнее.

— Вот и умничка, а теперь прикройся, чтобы не провоцировать меня, своей мужской красотой, и иди к себе собираться. Уф, противный! Я же сказала. Ну всё, теперь как закрываю глаза, так вижу тебя и твоё достоинство…