Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 42 – Дия Семина

В кафе оказалось вполне свободно, официант сразу заприметил аристократа, раскланялся и усадил за лучший из свободных столиков, принял заказ вне очереди и умчался поторопить кухню.

Знакомых мало, да почти нет, может, и к лучшему. Взял свежую газету и полистал, надеясь увидеть хоть какую-то новость об Анне. Но нет, ни единой, газетчикам явно запретили вовсе упоминать её имя всуе.

— Узнаю руку Разумовского. Бедная, несчастная Варвара Румянцева, поди не знает, как достать Анну, строчит пасквили, а их не публикуют.

И всё же одну заметку, напоминающую про бывшую возлюбленную, он заметил. Небольшое, но элегантное объявление о скором открытии Мебельного салона с самой прогрессивной и удобной мебелью, на любой достаток и самый притязательный вкус. Адрес и дата открытия.

Хмыкнул, в душе вдруг потеплело. Не ожидал, что сможет вот так просто порадоваться успехам Анны после всего, что между ними произошло…

— О! Старый добрый друг, какими судьбами, говорили, что ты приболел, и вот я вижу тебя в полном здравии, позволишь? — приятные размышления прервал довольно громкий, удивлённый возглас Арсения Дубова, не дождавшись ответа «друг» уселся напротив, выражая полную заинтересованность в разговоре.

Модесту пришлось отложить газету, но адрес и дату запомнил.

— Арсений Яковлевич, какими судьбами? Рад встрече, я один, так что буду рад компании, но спешу на службу.

— Уже на службу, стажировка завершилась?

— Да, меня взял к себе Разумовский, у него всё очень строго. Но я всё так же сижу с бумажками и мараю пальцы в чернилах. Ничего особенного, завидовать нечему. Но как вы? Как Мещерский, надо бы встретиться, давно не виделись.

— Мы думали, что ты возгордился и решил нас избегать, но раз ты всё ещё «свой парень» мы будем рады. Но увы, без Виолетты.

— Увы? С ней что-то произошло!? — Модест вспомнил угрозы Варвары и мгновенно осознал, что почти неделю ни единой новости не слышал о юной баронессе. Волнение пробежало по сознанию и выдало себя вздохом.

Арсений вдруг оживился, довольный, что появились новые уши, не знающие последних сплетен, наклонился вперёд и негромко поведал новости о своей бывшей:

— Да, произошло. Она ушла из дома и поселилась у Анны, и, кажется, нашла себе такого же крепкого мужика, по крайней мере, я их троих встретил в Торговом центре не так давно. Ох, женщины, они такие фривольные, а от нас ждут верности…

Модест удивлённо откинулся на высокую спинку стула и замер, как странно всё получается. Анна и Виолетту забрала?

— Но как? А ты? Почему ты не сделал ей предложение, она же вроде как сирота, и ничего бы не встало между вами, кроме её бедности. Ах, вот в чём дело? Понятно, она бесприданница и этим тебе не подошла.

— Мне совестно, но в чём-то ты прав. Она стала такой же, как Анна, эмансипе. Слишком уверенная и ещё более красивая. Я сожалею, но прошлого не вернуть.

Дубов взял в руку вилку и попытался согнуть, та, к счастью, не поддалась. Но жест показал лучше, чем слова, как Дубов сокрушается, но что-то его сдерживает от откровений.

— Так что случилось?

— Ты разве не читал газет?

— Некоторые новости прошли стороной от меня, своих дел было полно, — в этот момент официант принёс заказ графу, а Дубов попросил чай и кусок кулебяки с крольчатиной и капустой.