Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 33 – Дия Семина

— Как это по-современному, она молодец, я думал, что она девица слегка романтичная, но в ней есть стержень и крепкий. И талант немалый. Кстати, пора бы вам уже в типографию съездить, времени мало, а печатают они долго. Сколько есть, столько плакатов и делайте. И объявления в газеты нужно подать, думаю, что ты лучше всех напишешь текст, завтра бы уже отвезти и оплатить.

— Тексты уже есть, самой в газеты, по понятным причинам ехать не хочется, отцу тоже эту мелочь поручать не хочется. Думаю, что отдам эту задачу Виктору.

— Как у нас всё плодотворно и продуманно.

— Ага, раздавать поручения — это я особенно люблю, и получается у меня это лучше всего, — смеюсь, потому что реально так и есть. Я своими руками мало что делаю, только выдаю идеи и заставляю других людей крутиться. Но помню основное правило руководителя: организуй, подбирай идеальных исполнителей на ту или иную задачу и грамотно делегируй, а потом спрашивай результат. Но теперь у меня есть две крыши: Савелий и отец, уже проще принимать решения.

— Обедать дома будешь или помчишься?

— Хочу домой вернуться пораньше, потому помчусь, и перекусим там в магазине, скоро эта сутолока закончится, и наша жизнь войдёт в нормальное русло. Верю в это…

— Савелий Сергеевич, там к вам снова из полиции, и ваш клерк из конторы Кулешов, говорят дело срочнейшее, — Прохор тихо постучал в дверь и обрадовал новым витком неприятностей. А как всё было чудесно.

— Та-а-а-ак, я Кулешову давал поручение с ребятами выселить незаконную жиличку, её же должны были допросить по делам секты. И что там стряслось-то? Чувствую, что ничего хорошего. Пригласи их сюда, будь добр.

Естественно, я отложила свою поездку в магазин, не из-за любопытства, а потому что явно придётся куда-то проехать, а Савелию ещё рано трястись в каретах.

— Добрый день, хотя с теми новостями, что мы принесли, не такой и добрый, — Кулешов вошёл первый, за ним полицейский.

— Я инспектор Котов, в вашей квартире найдена женщина, некая Раиса, отчества и фамилии пока не установили, документов нет, а её имя слышал дворник и сообщил. Очень желательно, чтобы вы проехали, как хозяева, и опознали, ваша жиличка или уже от секты. Мы про дело-то наслышаны, за инспектором в Тайную канцелярию отправили человека.

— Это из секты. Я с вами проеду, Савелию Сергеевичу по состоянию здоровья пока рано выходить из дома. А смерть-то каким образом наступила? — я уже накидываю шаль, и шляпку, что лежала здесь же в комнате мужа на комоде.

— Яд, она выпила целый флакон редкостного яда.

Смотрю на мужа и, кажется, уже понимаю, как всё произошло, мне и Митя не нужен. Вот только, как бы всё это сказать, чтобы нас не заподозрили. Жаль, не могу остаться на секунду одни на один, хотя почему это не могу.

— Господа, можете подождать меня внизу, буквально пару минут, припудрю носик и поеду с вами.

— Конечно, госпожа! — незваные гости вышли и прикрыли двери.

— Сава, это явно тот же яд, каким тебя поили, и, если она не сама, уж причин не знаю, но думаю, что мы упустили одну очень опасную змею — Валентину. И как бы мне всё им подсказать, тонко, чтобы нас не заподозрили ни в чём, особенно в связях с этим пакостным народом?

— Скажи, что в госпитале поймала и Лидию, и Валентину буквально за руку, когда они меня травили, знахарь и сам Склифосовский факт отравления подтвердят, они и яд опознают. А с этой женщиной Валентина могла что угодно не поделить: деньги, драгоценности, или эта Раиса слишком много знала, или просто нам в отместку, чтобы испортить репутацию, мало кто любит селиться в квартирах, где происходит убийство.