Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 28 – Дия Семина

Увлечённо жую и наблюдаю за детьми и не сразу заметила, как Савелий украдкой поглядывает на меня, уж такие жаркие взгляды. Смущённо улыбаюсь, словно у нас, как у гимназистов есть свой секретик, о котором все догадываются, но мы всё ещё играем роль, будто бы ничего не происходит и всё обычно.

Очередное переглядывание и я вдруг уловила мысль Савелия, он не про нас намекает, главного-то я и не заметила.

А главное, за этим столом то, что наш Иван Петрович не может отвести взгляд от смущённой Ии Максимовны. Куда делось его красноречие и говорливость. По своему обыкновению рассказал бы о подвигах, о том, как прогибал хозяина цеха на уступки. А тут молчит и любуется на розовощёкую нимфу. А та как-то слишком уж много внимания детям начала уделять, тоже, видимо, от волнения.

Придётся как-то спасать ситуацию глупым вопросом, а то сбежит наша гувернантка и где я новую найду.

— Отец, а что там у нас с верблюдами?

— С кем? — кажется, он уже вообще ничего не слышит и никого не видит. Это надо, как его Ия заворожила.

— Ну с животными большими, лохматыми, для твоего цеха-то? — я настойчиво вывожу его из любовного транса. Который уже даже Виолетта заметила и тоже улыбается.

— Ах, верблюды? Так, а что у нас с верблюдами? — он окончательно спалился.

— Так, я и спрашиваю, что у нас с верблюдами, ты хотел в Нижний Новгород кого-то отправить, там шерсти тюков десять закупить для производства войлока и возможно верблюдов купить.

— Ах это! — отец наконец-то опомнился и вернулся в реальность. Но поглядывать на Ию не перестал. — Отправим, ярмарка через три недели, вот хотя бы Виктора и ещё двоих деловых представителей, шерсти-то надо бы тюков двадцать, ведь если ты расширяешь производство на фабрике, то туда много пойдёт. А про войлочные изделия я тоже решил не забывать, валенки, потом эти твои стёганные одежды, и ватин, всё полезное, всё будет иметь успех. Так что привезу вам зверей диковинных, не то лось, не то конь, но с горбами на спине и мохнатые.

— Они страшные? — прошептал Данила.

— Нет, милые, у них очень большие глаза, и они пугливые, так что неопасные. Но редкие, будем надеяться, что нам удастся их привезти и устроить настоящую верблюжью ферму. Жаль, нет лам и альпак.

— А это ещё кто? — прошептала теперь уже Виолетта.

Ответ пришёл от того, от кого все меньше всего ожидали, от Савелия:

— В Южной Америке живут небольшие очень милые животные, у них длинные шеи, мордочки похожи на овечек, а глаза огромные, как у оленей, и очень пушистая и качественная шерсть, очень мягкая и тёплая. Самые миролюбивые создания, хотя нет, самые миролюбивые это, кажется капибары, да Аннушка.

Киваю…

В этот момент я поняла, что Савелий сейчас в таком же состоянии, как и я в первые дни, когда оказалась здесь. Но ему намного тяжелее, память Мити, наверное, пугает, сбивает с толку, и некоторые сведения он просто не может понять. Если потрясение от этих необычных, футуристичных данных окажется более глубоким, то настоящий Сава может уступить.

— Раиса. А что же ты, голубушка, почту не отдала мне? — Валентина вошла в спальню к своей новой компаньонке с пачкой сообщений.

— Это ты про те скучные конверты? Я читать умею только ровные буквы, а эти каракули, увольте… Да и чужие они, прошлой хозяйке, никто же не знает, что я здесь живу…