Книга Не женское дело. Хозяйка мебельной фабрики 3, страница 128 – Дия Семина

Улыбаюсь: да уж, прагматики во мне сейчас с избытком.

— Не серчайте, но это у меня от Ивана Петровича.

— И я этому очень рад! Практической пользы и экономии на миллионы, ты просто спасительница казны.

Григорий Васильевич немного перегнул с объёмом моих заслуг, но в целом прав.

И закипела у меня работа, первым я пересчитала как суперкомпьютер и искусственный интеллект вместе взятые всё, что касается моей мебельной фабрики. Выдала самый точный бизнес-план развития на ближайшее десятилетие, с учётом того, что в городе за это время возведут примерно пятьдесят полноценных жилых дома.

Второй проект, какой я сделала — «Мельница», с ней оказалось проще, потому что всё ещё в процессе, но я внесла коррективы в планы стройки, сказав, что все помещения нужно перенести от воды метров на триста, в скором времени река поменяет немного своё русло в этом месте, да и опасность наводнения никто не отменял. И рассчитала мощность, предложила сделать запас помещений, для ещё одного агрегата, более мощного, какой мы за пять лет создадим сами.

Третий проект оказался объёмным, затяжным, но очень нужным. Князь Разумовский и граф Орлов добились разрешения предоставить мне на проверку генеральный план столицы и окрестности. Три зимних месяца я диктовала писарю данные по каждому участку, иногда по строениям, особенно тем, что требуют срочной реновации. Обнаружила несколько перспективных мест для строительства. Какие разовьют и подтянут за собой инфраструктуру городской среды.

К концу моей беременности, мы с писарями и инженерами по землепользованию создали четыре огромных фолианта толщиной по тридцать сантиметров каждый. Почувствовала себя кадастровым инженером и оценщиком сразу.

Мои помощники уехали с докладом в министерство, а я приготовилась ждать схватки…

Потому что за время моей беременности уже многое случилось, и всё без моего участия. Виолетта вышла замуж за Модеста, по моему настоянию, потому что ждать, когда я рожу, а потом не смогу первые дни оставлять сына. Летти сначала упёрлась и не желала уступать, но потом решилась: всё же не стоит откладывать жизнь.

Отец и Ия поженились довольно поспешно, ради детей, чтобы оформить опеку на Даниила и Леночку, с ними малышам спокойнее, чем с нами.

Савелий получил официальный сан, но службу продолжил нести Тайным советником при новом канцлере — Григории Васильевиче Разумовском.

Единственное, что пока не случилось — это не получилось у Разумовского примирить сына Матвея с моим появлением в жизни отца. Для парня я так и осталась воровкой ЕГО дара! Он так и сказал, что никогда не простит отца, ни за меня, ни за ссылку деда, ни за измену матери, хотя на тот период, когда у него произошло «свидание» с матерью Анны, князь Григорий даже не встречался со своей будущей женой. Вот такая ложка дёгтя в огромную бочку мёда попала и слегка подпортила общую радость. Но Григорий Васильевич на удивление, принял решение сына как данность, а мне сказал, что к этому шло давно, и даже не будь меня, с таким характером, как у Матвея, ему дара, особенно такого продуктивного не видать, как собственных ушей.

Магические роды, это я вам скажу…

То ещё приключение.

Какое счастье, что Экхарт вернулся и у него есть знакомая акушерка, очень опытная, знающая и немного одарённая. Это нас и спасло, потому что моё новое тело имеет склонность к инсультам, и самое неприятное, что я совершенно точно поняла, появилась в этом теле для того, чтобы дать жизнь нашему сыну, а смогу ли удержаться — это вопрос на миллион.