Книга Опальная фаворитка наследного принца или вторая жизнь Женьки, страница 46 – Алекса Корр

По моей просьбе, Мина стала собирать мои вещи, чтобы завтра не тратить на это много времени. Оставляла я только то, во что переодеться на ночь и в чем отправлюсь завтра в дорогу.

В пять часов я отставила кружку с кофе, встала, расправила на себе платье и в компании Мины, которая бросала на меня восхищенные взгляды, отправилась в бальный зал, где планировался прием.

Мы спустились по широкой лестнице вниз, подошли к двустворчатым широким дверям, около которых уже стояли другие гости. Слуга открывал дверь, глашатай объявлял прибывших, после чего те, кого объявили, важно входили внутрь. Следом за ними сразу закрывали двери, а потом распахивали их перед следующими.

Со стороны окна отделился пожилой господин и, приблизившись ко мне, жестко подхватил меня под руку. От неожиданности и от неприятных ощущений я чуть не вскрикнула, но, повернувшись в его сторону, поняла, что рядом со мной стоит «мой опекун» собственной персоной, а за его плечом мялся парень лет двадцати трёх. Понятно, явились всем скопом. Как же можно пропустить такую возможность, хоть таким образом приблизиться к знати и покрасоваться тут. Что один, что второй были разодеты по последней моде, а опекун прожигал меня презрительным взглядом.

Да, Женя, чую, предстоит тебе веселенькая жизнь в родовом поместье. «Родственнички» пристроились рядом, даже не поздоровавшись и не перекинувшись со мной и словом, и вскоре мы оказались перед самыми дверьми, и слуга открыл передо нами двери.

— Баронесса Эжени Мильская с сопровождающими её лицами.

В другой обстановке, услышав такое представление, я бы прыснула со смеху, но не сегодня. Я волновалась, сильно волновалась и, чувствуя себя Золушкой, случайно попавшей на этот праздник жизни, вступила в зал. Прямая осанка, расправленные плечи и гордо вскинутый подбородок. Я никому не позволю понять, какие чувства меня обуревают внутри, как трясутся колени, прикрытые длинной юбкой, и как маленькая девочка внутри меня визжит от страха.

Я ЭЖЕНИ МИЛЬСКАЯ, баронесса и мне плевать на шепотки за спиной и косые взгляды! Аутотренинг помог, и мне удалось взять себя в руки, и я даже с любопытством бросила взгляд по сторонам.

Еще в полученной днем записке опекун сообщил, что приготовил подарок для Императора, и мы втроем приблизились к трону, на котором сидел Император. Рядом с троном Императора стоял трон поменьше, и я впервые увидела Императрицу.

Красивая женщина с невозмутимой маской на лице, которая выполняла роль красивой куклы около своего мужа. Она ни с кем не разговаривала, никому не отвечала на приветствия, просто сидела застывшей статуей. А за троном Императора, небрежно облокотившись о него, стоял наследный принц и внимательно смотрел по сторонам.

Около трона я присела в учтивом поклоне, который разучивала весь предыдущий вечер, а опекун рассыпался в пожеланиях, а потом передал Императору какую-то шкатулку, которую Император принял и, не открывая, передал слуге, потом поприветствовал нас дежурными фразами и отпустил.

Наша троица отошла в сторону, к окну, и опекун, бросив мне злое:

— Потом поговорим! — испарился по своим делам и вскоре я увидела его в компании двух мужчин, которым он что-то с заискивающим видом рассказывал.

Братец же, подхватив фужер с шампанским у проходящего мимо слуги, решил со мной пообщаться: