Книга Опальная фаворитка наследного принца или вторая жизнь Женьки, страница 264 – Алекса Корр

— Даааа, когда моя Тинка первенца ждала, думал, прибью, заразу. Все нервы со своими капризами, вымотала.

— Ну вот! И я говорю… Гормоны, они такие. Мой любимый муж тоже держится из последних сил, правда, милый? Но терпит все эти неудобства, ведь моему Тигру нужны наследники. — на этих словах я подняла невинный взгляд на Макса, только-только победившего кашель и тому, не оставалось ничего другого, как медленно кивнуть.

При этом он так сузил глаза, что я поняла, стоит нам остаться одним, как грянет гром и полетят молнии.

Вжав меня еще сильнее в своё тело, он лениво повернул голову в сторону Мэтью.

— Да, бабы, они такие. Доведут, кого хочешь до ручки. И, если в обычной жизни я не прощаю бабских капризов и истерик, а, также того, когда баба без разрешения рот раскрывает, то тут, сам понимаешь, приходится взять волю в кулак, раз хочу, гм, … наследника… здорового.

Намек поняла и притихла. Даже руку хотела убрать с его пояса, но Макс не позволил, припечатав её сверху своей лапой. Они еще долго что-то обсуждали с Мэтью, я особо не прислушивалась. Одно я поняла точно: завтра к обеду мы прибудем на Майорику. И второе: Макс спрашивал разрешения отправить сообщение своим людям, но Мэтью замялся и сказал, что, при всем уважении к Максу, не может ему позволить хозяйничать в их рубке. Дико извинялся, а потом обещал, что на Майорике у него будет такая возможность.

В общем, так прошло время до обеда. Возвращалась в каюту, понимая, что сейчас будет скандал, и мысленно, готовилась парировать на претензии «мужа», что я просто импровизировала и играла роль «любящей» болонки, но я совсем не ожидала того, что будет на самом деле.

Зайдя в каюту, Макс рявкнул Амалии, чтобы та испарилась, а сам, как только за ней закрылась дверь, медленно шагнул в мою сторону, заставляя попятиться, пока не уперлась в стену.

Воздух между нами сгустился, стал плотным, почти осязаемым. Он, словно хищник, учуявший добычу, сделал ещё шаг вперед. В его глазах горел тот самый огонь, который обещал бурю и разрушение. И вот, прежде чем я успела осознать, что происходит, его рука, сильная и властная, легла мне на затылок, притягивая к себе, а губы впились в мои…

Это был не просто поцелуй! Это было что-то невообразимое. Такое же, как сам Макс. Не ожидая ничего подобного, я растерялась, что позволило ему сразу углубить поцелуй. Это не был нежный, робкий поцелуй. Это был захват, утверждение власти, дикий напор, который сметал все сопротивление.

Растерянность сковала, парализовала, оставив лишь дрожь, пробежавшую по телу. Его поцелуй был как удар, как цунами, которое накрыло меня с головой, унося сознание в какие-то неведомые дали, заставляя подчиниться ему. Я чувствовала его силу, его неукротимое желание, его абсолютную уверенность в том, что он получит все, что захочет.

В этом поцелуе не было места сомнениям или колебаниям. В каждом движении его губ, в каждом прикосновении его языка чувствовалась абсолютная власть, не терпящая возражений. Он брал то, что хотел, и я, к своему собственному удивлению, отдавала. Моё тело отзывалось на его натиск, становясь податливым, горячим. Я чувствовала, как дыхание сбивается, как сердце колотится в груди, словно пойманная птица. Каким-то, непонятным мне образом, мои руки оказались на его груди под рубашкой, отчего Макс вздрогнул и только сильней прижал к себе мою безвольную тушку. Он тоже не был спокойным, его сердце под моей рукой колотилось, как бешенное. А, когда его губы переместились на шею, и он прикусил мочку моего уха, я застонала…