Книга Служанка для темного повелителя, страница 97 – Влади Солерн

— Аглая?

Стараясь не залипать на развитой грудной клетке и массивных шикарных руках с широкими запястьями, закрываю за собой и дверь и быстрым шагом приближаюсь к постели. Взгляд Мессора из озадаченного превращается, ну, в очень голодный, пола халатика развевается, обнажая ноги, а под халатиком у меня так-то ничего нет, ха.

Спокойно откидываю край одеяла, святые граали, Мессор тоже безбожно обнажен! И с невозмутимой миной, хотя она так и норовит треснуть, ага, невозмутимость, залажу к мужчине и, пристраиваясь к его горячему боку, укладываю голову на плечо.

Файрокс тяжко вздыхает, захлопывает книгу и откладывает её на полку.

— И как мне это понимать, вкусная моя? ― в голосе прорезается бархатная хрипотца.

— Как полнейшую капитуляцию? ― прикасаюсь губами к подбородку.

Мессор хмурится.

— Ты не готова.

— Брось, Файрокс, позавчера была готова, а сегодня нет?

— Ты успешно скрывала свои чувства, вкусняшка, и я бы спросил: какого светлого, но не стану. Возьмем перерыв.

— Ага, на сколько? На месяц, год, два…

— Пока ты не будешь готова.

— Перестань. Перед смертью не надышишься, ну, правда, мой повелитель. Извини, если я тебя огорчила, я не…

— Я знаю, что ты не, сладость моя. Ты никогда меня не огорчишь по-настоящему, ― мою голову нежно приподняли за подбородок и хитро сощурились. ― Значит, готова?

— Просто сделай меня уже своей, давай вместе плыть по течению нашей реки Стикс.

— Реку не обещаю, ― потерся носом, спускаясь к губам. ― Тебе туда не попасть, но к братцу в гости заглянешь, боишься? ― легонько потянул энергию, ух, аж коротнуло.

— Нет, ― и первая накрыла его губы, лизнув нижнюю кончиком языка, подразнивая.

Ласковый нежный поцелуй, как крылья бабочки, стремительно перерастает в мучительно жаркий, звериный, голодный. Мужской язык врывается в рот, не завоевывает, скорее играет, но ненадолго. Я и сама не улавливаю момент, когда оказываюсь под мужчиной, обнимая его бедра ногами. Мы терзаем губы друг друга, упиваемся смешанным с энергией дыханием, вокруг искрят вихри Мессоровской силы и стелется тлен, его обжигающие руки везде, жадно исследуют, оглаживают, распаляют так сильно, что совсем скоро я забываю не только о смертельной опасности, но и вообще обо всём.

В какой-то момент, не прерывая обжигающий поцелуй, Файрокс фиксирует меня руками, и простынь подо мной пламенеет. Мы проваливаемся в портал, и вот под моими лопатками не матрас, а теплый камень, под смеженными веками полыхает желтый неон, кратковременно в груди стынет страхом, но я давлю негатив на корню, бежать некуда, портить ничего не собираюсь, нет!

Притягиваю мужчину теснее, будто в попытке слиться с его сильным телом, обнаженную грудь приятно ласкают его пальцы, со стоном прогибаюсь, когда губы накрывают полушарие, лаская плотным языком, затем зарывается в пряди, плавно подтягиваясь к уху.

— Агилара… ― хрипит мой жнец, оглаживая бедро, фиксирует рукой, потирается там твердыней. ― Ты станешь моей без остатка? Примешь меня?

Фраза обыденная, но мне отчего-то слышится несколько ритуальной.

— Да, Файрокс. Приму, я твоя навсегда и без остатка, ― без задней мысли, не обдумывая, пальцы впиваются в твердое мужское, его тихий стон, совершенно безумный поцелуй и… внезапно будто бы пространство замирает, есть только мы и наши подстраивающиеся под один ритм сердца, одно из них — из пепельного камня.