Книга Лекарка из другого мира, страница 27 – Ольга Кобзева

Хотя и меня понять можно. Остаться в лесу, в теле подростка, не зная почти ничего ни об устройстве мира, ни о людях, его населяющих, без денег, без достаточного количества продуктов, со скудным запасом вещей… да, причины нервничать существенные. Однако нужно собраться, я — единственная, кто может помочь этой женщине, пусть даже она считает меня порождением зла.

Итак, судя по проявлениям — повреждена средняя мозговая артерия. Компьютерную томографию, что очевидно, мне не сделать, остается судить по внешним признакам, как то потеря речи и двигательной функции, снижение остроты зрения.

В такой ситуации требуется растворить тромб, закупоривший сосуд, устранить спазм, скорректировать давление.

В условиях стационара я бы провела селективный тромболизис — операцию по растворению тромба, приведшему к закупорке сосуда, с целью восстановить нормальное мозговое кровообращение.

Операцию проводят через прокол в бедренной артерии, вводят катетер с лекарством, которое и растворяет тромб. Детали операции буквально стояли у меня перед глазами. Боже, я столько раз проделывала подобные манипуляции, что могла бы сделать операцию, едва ли не с закрытыми глазами!

Я настолько погрузилась в свои размышления, что закрыла глаза и не заметила, как вся провалилась в некое медитативное состояние, что-то наподобие транса. Держала Евсию за руку, представляла те манипуляции, что проводила бы в своем отделении и словно «видела» закупоренный сосуд в паутине мозговых артерий старой женщины.

Не открывая глаз, я могла лишь представить, что сгусток под воздействием некоей силы рассасывается, как реканализация ускоряется, а проходимость сосуда полностью восстанавливается. Под воздействием силы, источником которой являюсь я сама. Я не видела, чувствовала поток энергии, послушно устремляющейся от меня к старухе, безошибочно находящий тромб и полностью растворяющий его. Так, как не смог бы ни один препарат.

Неожиданно обессилев, я упала рядом с Евсией. Места для моего тельца, облаченного не в пышные юбки, а в простую длинную рубаху, много не нужно. Притулилась с краю топчана, чувствуя, как темнеет перед глазами, а сознание заволакивает тьмой.

Очнулась от шума. Не сразу смогла понять, что за звук не дает мне снова погрузиться в блаженный сон. Подняла тяжелую голову, прислушиваясь. Шумел, кажется, мой гэрх. Его булькающее рычание и заставило меня выплыть из желанного забытья.

С трудом поднялась на трясущиеся ноги, отметив мимоходом, что Евсия, кажется, просто спит. Грудь женщины вздымается ровно, черты лица разгладились, скрюченные еще недавно руки лежат свободно, расслабленно.

Я же чувствовала внутреннее опустошение, сильную, непроходящую слабость. С чумной головой добралась до двери, двигаясь по стеночке. Буквально выпала наружу, тут же подхваченная гэрхом. Ящер зубами схватил меня за рубашку на спине, не позволив пропахать носом дорожку у входа. Осторожно отпустил, усаживая на землю и улегся рядом, подныривая головой под мою ладошку, требуя ласки.

— Малыш, — с удовольствием погладила прохладную кожу. — Спасибо.

Гэрх вытянул хвост в струнку, весь словно залучился одобрением и довольством.

— Нравится имя? — спросила, продолжая поглаживать крупную морду. — Значит, будешь Малышом! — постановила, чувствуя, что в такой странной компании силы возвращаются быстрее.