Книга Сто шагов к вечности. Книга 2, страница 24 – Наталья Горячева

На третий день моего пребывания в больнице, одна из медсестёр принесла мне в палату огромный букет цветов.

— Наташа, приходил очень приятный молодой человек и передал тебе эти цветы, — торжественно произнесла она.

Соседки по палате ахнули, и с завистью посмотрели на меня. Я с надеждой взяла букет и вынула оттуда открытку, на которой, ровным красивым почерком было написано: «Выздоравливай, и помни, что я люблю тебя!»

Я бросилась вслед за медсестрой по коридору.

— Валя! Валя! Кто принёс цветы? — на ходу кричала.

Она обернулась, когда я поравнялась с ней.

— Я же сказала, молодой приятный человек. Ты что же, не знаешь, кто тебе может принести цветы?

— Как он выглядит? — нетерпеливо спросила.

— Ну, молодой, высокий, симпатичный, — перечислила она.

— Блондин с синими глазами? — в надежде спросила.

— Нет, — отрицательно замотала она головой, — тот был шатен, в затемнённых очках.

С моего лица сошла улыбка, и я, медленно повернувшись, побрела назад в палату.

— Что-то не так, Наташ? — крикнула она мне вслед, но я не обернулась.

Надежда, наверно последняя, которая у меня родилась, рухнула. Вадим! Я не нуждалась в его цветах, тем более в сочувствии. Я склонна была думать, что все неприятности у меня с Эмилем, именно из-за него. Но каким образом не понимала, Эмиль не мог знать о нём.

Через десять дней меня выписали. За мной приехал отец, который ещё долго разговаривал с моим лечащим врачом по поводу моего здоровья, выслушивая его рекомендации. В университете меня не было две недели, и я вовсю старалась наверстать упущенное. Я решила не опускать руки, тем более был конец учебного года.

Я не хотела верить, что с Эмилем случилась беда, просто не могла принять это, какое-то внутреннее чувство говорило, что проблема вовсе не в его здоровье. Он не может сейчас умереть, ведь он говорил, что лель может прожить не менее года после разлуки, а прошло всего девять месяцев. Надо проверить всю информацию, а не раскисать, держаться до конца!

Попробовала связаться с Авророй, и даже написала ей письмо, но ответа от неё не последовало, как и не было ответа от Вильема, Эрика и Фрейи. Они как будто исчезли из моей жизни навсегда. Меня это сильно угнетало, и я глотала таблетки, которые мне выписал врач. Но по ночам всё равно плакала, когда оставалась один на один со своими мыслями. Старалась, чтобы родители не слышали моих слёз, но утром по их глазам я всё понимала, они знают, как я страдаю.

Я окунулась с головой в учёбу, стараясь хоть как-то отвлечься от тяжёлых мыслей, но это не всегда помогало. Почти каждую ночь мне снился Эмиль, и я каждый раз рассказывала ему про Вадима, но он лишь грустно мне улыбался, не произнося ни слова. Во сне я хотела дотронуться до него, но когда приближалась, фигура Эмиля начинала отдаляться от меня. Во сне я кричала и звала его, отчего внезапно просыпалась и начинала пить таблетки, чтобы успокоиться. Мама, несколько раз пыталась поговорить со мной, но я сразу замыкалась в себе, не желая поднимать эту тему, а она лишь качала головой и тяжело вздыхала. Однажды придя домой и, раздеваясь в коридоре, услышала, как мама с папой, на кухне, говорят обо мне.

— Я же говорила, что он её бросит! — возмущалась мама.

— Оля, ну с чего ты взяла, что он её бросил? — пробасил отец.