Книга Альфа. Порочный плен, страница 60 – Ника Горская

— Вадим тебя проводит.

Киваю и выхожу из гостиной.

Оставляю свою ношу прямо на кухонном столе и иду к выходу.

Не думаю о том, что вид у меня совсем не для уличных прогулок. Сейчас это всё будто декорации к основному действию.

Стоит мне шагнуть за порог дома Альфы как за мной след в след идёт парень, которого Адам назвал Вадимом.

Хаотичное дыхание со свистом выходит из лёгких.

Безумие.

Почему именно сейчас?

Почему не раньше?

Меня будто кто-то проклял.

Не может столько всего навалиться на одного человека просто так…

В медкорпусе беру несколько препаратов, из тех которые могут понадобиться, кейс первой помощи и иду обратно.

Может ли случиться так что я ошиблась?

Что это всё вызвано стрессом?

В голове то и дело крутятся предположения, догадки, вопросы, которые некому задать.

Вернувшись в дом, сразу направляюсь в гостиную.

Порог переступаю с опаской. Немного успокаиваюсь, когда вижу, что Астахов по-прежнему без сознания.

На принятие решения времени почти нет.

Стоит Альфе прийти в себя и скрыть правду уже будет невозможно…

Полина

Закрываю лицо руками, но спрятаться от правды это не помогает.

Демид Астахов — моя истинная пара!

Будто саркастичная насмешка кого-то свыше. Иначе как это объяснить? В такие совпадения поверить просто невозможно.

Сидя на своей кровати, откидываюсь назад, падая навзничь.

Это какой-то сюр.

Истинный…

Мой…

Когда-то давно я мечтала встретить свою пару. Того идеального, кого высшие силы выберут для меня. Тогда я ещё верила в безусловную любовь, которая являлась для меня неотъемлемой частью в таком союзе. И лишь спустя время, когда узнала правду о своих родителях я поняла, что истинность далеко не дар, а скорее уж проклятье.

Я струсила.

Не дожидаясь, когда Астахов придёт в сознание, скрылась в своей спальне. Сразу после того, как его рана окончательно затянулась. От неё остался небольшой шрам. Я такое вижу впервые. Обычно подобных отметин у сильных оборотней не остаётся. Что может говорить о безмерной токсичности для двуликих той странной пули, что я изъвлекла из его тела.

Самое ужасное — я знаю кто её выпустил.

Точнее, кто причастен к этому.

Поток моих унылых мыслей порывает звонок мобильного.

Легок чёрт на помине…

Стоит увидеть имя абонента и сердцебиение ошалелым зверем срывается с цепи. Не унять.

Даю себе несколько секунд на то, чтобы взять контроль над своими эмоциями и принимаю вызов.

— Да.

— Привет, сестрёнка. — его голос раскалённым металлом проходится по моим нервным окончаниям.

— Не обращайся ко мне так. — отвечаю, едва сдерживая злость.

Он часто с издёвкой подчёркивает наше с ним родство, от чего мне каждый раз физически дурно становится.

— Почему? Это ведь правда.

Урод.

— Ты мне не брат.

Телефон жжёт ухо, будто нагреваясь пропорционально моей ярости.

— Ладно. Отставим лирику. Я хочу кое-что узнать. — он выдерживает паузу, явно для создания устрашающего эффекта. — Скажи, что эта псина подохла. Обрадуй меня.

Его голос всегда приторно-сладкий, фальшивый до невозможности, вызывает стойкое желание сбросить вызов. Но нельзя. Слишком много поставлено на карту.

— С ним всё хорошо. — внутри всё сжимается в плотный ком.

Я знаю, что сейчас последует и пытаюсь морально подготовиться.

— Ты очень сильно разочаровываешь меня, сестрёнка. — каждое сказанное им слово проникает под кожу, вызывая зуд.