Книга Зверь, страница 121 – Ника Горская

Сердце дёргается в крайне нехорошем предчувствии.

— Они планировали пожениться. Но… в общем твоя мать вмешалась и… — Айдар продолжает говорить, а я слушаю его затаив дыхание.

С каждым услышанным словом разочарование накрывает бетонной плитой.

Так я узнала, что мать обвинила парня моей сестры в серьёзной краже. И поставила перед выбором: судебное разбирательство, при котором у него практически не было шансов доказать свою невиновность, или же он просто бесследно исчезает из жизни Виолетты.

Я не берусь осуждать его выбор, но со своей стороны считаю, что будь его чувства к моей сестре настоящими он бы хотя бы попытался бороться.

Когда Айдар заканчивает говорить, я тоже не спешу нарушить молчание.

Просто, потому что не знаю, что на это можно сказать.

Как бы странно не звучало, но я не удивлена поступком своей матери. Возможно, потому что никогда не обольщалась на её счёт, в отличии от моей сестры.

— Скорее всего Виолетта предполагала, как родители отнесутся к её выбору, поэтому не торопилась ставить их в известность.

— Она была обижена на него, да?

Мне отчаянно хочется думать, что именно обида и разочарование в любимом человеке позже толкнули её начать отношения с Шакуровым.

— Прямо она этого не говорила, но думаю да.

Думаю, там была не только обида, но и полное разочарование.

— То есть вы так спокойно обсуждали её бывшего? — только сейчас понимаю, что такие разговоры в паре выглядят не совсем обычно.

— Да, — пожав плечами, соглашается Айдар. — А что?

— И тебя это… не задевало? — с волнением жду его ответа, потому что даже сейчас эта тема их отношений слишком болезненная для меня.

— У нас с Виолеттой был искренний союз, если так можно сказать, — абсолютно спокойно произносит Айдар. — Я знал о её разбитом сердце, она знала, что я бегу от своей истинной пары. Всё предельно честно.

Глядя на него, я немею от шока.

Удар в солнечное сплетение, напрочь сбивает моё дыхание.

Страшусь, но всё же задаю тот самый вопрос:

— Виолетта знала, что я твоя истинная пара?

Кусаю щёку изнутри, в ожидании его ответа.

— Нет, она знала только то, что есть девушка, которая является для меня идеальной парой, — качнувшись вперёд, он оставляет на моих губах лёгкий поцелуй. — Лер, на тот момент я думал, что поступаю правильно. Отношения с твоей сестрой как одна из граней через которую никто из нас никогда не сможет перейти.

— То есть вы оба нашли выгоду в этом союзе?

— Так и есть, — подтверждает Айдар.

Не берусь разобрать что чувствую сейчас, когда знаю, что всё же любви между ними не было.

— Знаешь, в своём стремлении сбежать от реальности вы зашли слишком далеко, — к горлу подкатывает ком размером с футбольный мяч. — Вы родили ребёнка, который, по сути, никому из вас не был нужен.

От мыслей о Матвее хочется разреветься.

Айдар молчит, чем только подтверждает мои слова.

— Я не знаю какой матерью была бы моя сестра, но предпочитаю думать, что хорошей, — первая слеза всё же скатывается по щеке. Смахиваю её рукой, продолжая: — При этом ты до недавнего времени был просто отвратительным отцом.

— Не буду спорить. Скажу, только что беременность Виолетты не стала неожиданностью, но она точно потрясла нас обоих.

Какое-то время мы оба молчим, думая об одном и том же.

— Так, а что ты всё-таки сказал маме? Она, кстати, просила передать тебе что согласна. Можешь сказать на что?