Книга Магическая империя попаданки, страница 29 – Наталья Нежданова

Жарким летним днём я качу кресло с баронессой по тенистым садовым дорожкам. Мы мирно беседуем, но окружающая тишина взрывается вдруг топотом и громким криком:

— Стой!

Озираюсь вокруг. Прямо к нам стремительно несётся мужчина, перепрыгивая через обрамляющие дорожки невысокие цветущие кусты. За ним по пятам мчится гостиничный лакей и требует остановиться.

Заслоняю собой баронессу. Если пришелец имеет агрессивные намерения, у меня есть чем его остановить.

— Дорогая тётушка, наконец-то я тебя нашёл! — кричит возмутитель спокойствия и плюхается на колени прямо на садовую дорожку.

Принесло же на мою голову! — удручённо думаю я.

— Что с тобой, милый? — тихо спрашивает баронесса.

Он буквально подползает к ней, берёт её руку и подносит к своим губам.

— Это мой родственник. Оставь нас в покое! — приказывает она лакею.

Вот что мне теперь делать? — недоумеваю я, во все глаза глядя на неожиданного гостя.

Красив, однако. Чистые и ясные небесно-голубые глаза, буквально лучащиеся ангельской кротостью. Ресницы длинные, как у девушки. Небрежно и при этом изящно спадающие на плечи белокурые волосы.

Но совершенно не в моём вкусе. На мой взгляд, мужчина должен быть большим и сильным. Этот же явно не выглядит атлетичным.

Зато баронессу охмуряет просто мастерски. Прижимает лицо к укутывающему её пледу и шепчет, как он рад её видеть. Тьфу…

Шагаю к нему и хватаю за плечо:

— Встаньте и прекратите досаждать больной!

Племянничек оборачивается ко мне и смотрит прямо в глаза. Во взгляде появляется восторг и восхищение. Актёр из него явно бы классный вышел.

— О, прекрасный ангел-хранитель! — бархатным голосом с лёгкой хрипотцой произносит он.

Только этого мне ещё не хватало. Молча вздыхаю и увожу баронессу из сада. Родственничек семенит следом.

— Он очень несчастный человек! С трудной судьбой! — произносит она.

И что теперь? Надо позволить ему на шею сесть? — мысленно парирую я. Но молчу. Нельзя так с больной, которая скоро умрёт.

Главное — не оставлять их наедине! — решаю я. — И письмо барону написать.

До письма руки доходят лишь на следующий день. Пока баронесса принимает предписанную ей лекарем ванну из целебной воды. Да и то с трудом получается отвязаться от навязчивого внимания племянничка.

Ему хочется верить. Взгляд просто лучится искренностью и открытостью. Весь облик дышит благородной печалью.

А когда он начинает рассказывать о своих злоключениях, я едва удерживаюсь от того, чтобы встать на его сторону. Потому что знаю, что такое — быть сиротой. Правда, я и другое знаю. Такие, как он, попадались мне и в нашем мире. В том самом детдоме, где закончилась моя первая жизнь.

Циничные, прожжённые негодяи. Мастерски спекулирующие на своём несчастье. Ищущие сочувствия, но не ради него самого, а ради материальных благ, которые можно получить с того, кого удастся обвести вокруг пальца.

Знаю, они — сами жертвы. С рождения лишённые материнской любви и привязанности к родному человеку. Люди с изуродованными душами. Пытающиеся компенсировать отсутствие любви безудержным потребительством и сексуальной распущенностью.

Но то, что они разрушают не только свою жизнь, но и жизни окружающих, воспринимая их, как объекты для своих манипуляций — тоже факт. И что с этим делать — непонятно.

— Наверное, я проявляла к нему недостаточно любви и внимания, — горестно сетует баронесса.