Книга Ошибка реинкарнации, страница 8 – Дмитрий Вектор

— Стоять ровно, — сухо скомандовал он, убирая руку так быстро, словно обжегся.

Золотые путы на моих запястьях тихо звякнули. Я расправила плечи, глубоко вдохнула разряженный горный воздух и огляделась.

Клан Белого Лотоса напоминал элитный санаторий для миллиардеров, построенный на парящих в облаках скалах. Изящные пагоды с загнутыми крышами, резные мостики над пропастями, цветущие персиковые и сакуровые деревья, водопады, сверкающие на солнце В прошлой жизни я бы заплатила огромные деньги за ретрит в таком месте. В этой жизни меня привезли сюда, чтобы судить.

Мы вошли в Зал. Внутри пахло сандалом, древней бумагой и снобизмом. В полумраке, на возвышении, восседал местный Совет Директоров — трое Старейшин с бородами такой длины, что их можно было заправлять за пояс.

Когда мы вошли, разговоры стихли. Трое старцев уставились на меня так, словно я была не бывшей коллегой (оригинальная Линь Юэ, напомню, заведовала Пиком Алхимии), а пятном мазута на их белоснежных шелковых коврах.

Шэнь Цзыжань вышел вперед, сложил руки в почтительном жесте и поклонился.

— Приветствую Старейшин. Я приостановил исполнение приговора над преступницей Линь Юэ, — его голос разнесся под высокими сводами, холодный и ровный, как стук метронома.

Центральный старец, чье лицо напоминало печеное яблоко, нахмурил кустистые брови. Это был Старейшина Мо — Главный по дисциплине.

— Приостановил? — проскрипел он. — Грандмастер Шэнь, ее вина в отравлении твоей ученицы Сяо Мэй была доказана! Она опозорила чистоту Белого Лотоса! Почему ее голова до сих пор не отделена от плеч?

Я затаила дыхание. Сейчас наступит момент истины. Шэнь Цзыжаню, величайшему мечнику поколения, гордому и непреклонному, придется публично озвучить мой бредовый спектакль.

Цзыжань слегка напрягся. Его идеально прямая спина стала еще прямее.

— Преступница выдвинула новые обстоятельства дела, — он сделал микроскопическую паузу. Я видела, как дернулся кадык на его горле. Ему было физически больно произносить следующие слова. — Она утверждает, что применила не смертельный яд «Дыхание Ледяной Вдовы», а «Сонную Росу Иллюзий». И что ее мотивом было не преднамеренное убийство, а.

Он замолчал.

— А что? — поторопил его Старейшина слева.

— А попытка привлечь мое личное внимание посредством — Цзыжань закрыл глаза на долю секунды. — Посредством неконтролируемой романтической привязанности.

В Зале повисла такая тишина, что было слышно, как где-то за окном пролетает ополоумевший от напряжения журавль.

Старейшина Мо поперхнулся воздухом. Двое других вытаращили глаза.

— Она что? — переспросил Мо, уставившись на меня.

Я тут же опустила глаза в пол, изображая раскаяние, смешанное с глубокой, трагической девичьей скромностью.

— Я лишь глупая женщина, ослепленная сиянием Грандмастера, — пропела я тоненьким, дрожащим голосом. — Мои методы были ужасны, но мое сердце жаждало лишь одного взгляда. Я готова понести наказание. Но я умоляю проверить ауру Сяо Мэй через три дня, как того требуют законы алхимии. Если там найдут следы смертельного яда — убейте меня. Если же там остатки Сонной Росы судите меня за безумную любовь, а не за убийство.

[Дзинь! +10 очков актерского мастерства! Внимание: Старейшины испытывают состояние «Испанский стыд»] — услужливо сообщила Система.