Книга Искушение Снежной Королевы, страница 35 – Татьяна Михаль

В зале повисла тишина, которую можно было резать ледяным скальпелем.

Мороз смотрел на меня.

А я смотрела на него и улыбалась.

Самой безумной и самой счастливой улыбкой на свете.

ПОВЕЛИТЕЛЬ СТУЖИ И ВЕКОВОГО ЛЕДЯНОГО ПОРЯДКА, ЕГО ВЕЛИЧЕСТВО МОРОЗ

Я смотрел на неё.

На эту женщину, которая всего пару часов назад была воплощением профессионального провала, а сейчас сияла, как тысяча полярных сияний, и держала в руках ледяной блокнот с надписью «Планирование свадьбы Снежаны и Мороза».

Мой мозг, обычно работавший с точностью метеорологического спутника, дал сбой.

Системные ошибки посыпались одна за другой.

«ОШИБКА 404: ЛОГИКА НЕ НАЙДЕНА»

«ЗАПРОС НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ОБРАБОТАН»

«ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ! ОБНАРУЖЕНО НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ПОВЫШЕНИЕ ВНИМАНИЯ И ТЕМПЕРАТУРЫ»

Снежана… предлагала мне свидание?

Да ещё с продолжением?

В виде… свадьбы?

Это было настолько абсурдно, настолько немыслимо, что все мои протоколы и регламенты просто зависли в бесконечном цикле.

Я слышал, как снежный барс что-то прохрипел с пола.

Что-то вроде: «Ну что, дядька, теперь твоя вечная мерзлота в опасности».

Но его голос доносился как будто из другого измерения.

Я видел, как фея и тот ботаник смотрят на меня со смесью ужаса и надежды.

Но их лица были размыты.

Я видел только её.

Её зелёные глаза, полные такой отчаянной, такой дурацкой веры.

Её улыбку, которая, казалось, бросала вызов самой концепции вечной зимы.

Она не боялась меня.

Она… приглашала.

И самое ужасное, самое необъяснимое, самое противное было в том, что мне этого захотелось.

Не свидания.

Не свадьбы.

А этой теплоты, что исходила от неё.

Этого хаоса, который вдруг показался таким живым и манящим после веков безупречного, одинокого порядка.

Мой разум в панике бился и кричал: «НЕТ! ЭТО НЕПРОФЕССИОНАЛЬНО! НАРУШЕНИЕ ВСЕХ СТАТЕЙ ЛЕДЯНОГО КОДЕКСА!»

А что-то другое, давно забытое и растопленное её взглядом, тихо прошептало: «А почему бы и нет? Ты ведь так давно одинок…»

И этот шёпот оказался сильнее всех самых громких криков.

Я услышал свой собственный голос, ровный и, к моему удивлению, вполне владеющий ситуацией, хотя внутри у меня бушевала пурга из паники и предвкушения.

— Я согласен, — сказал я.

Фея ахнула.

Ботаник закашлялся.

А барс просто распластался по полу в позе морской звезды.

Снежана же… её лицо озарилось таким светом, что, я поклялся бы, в королевстве на мгновение стало ярче.

Её улыбка стала ещё шире.

— Прекрасно, — прошептала она. — Тогда… сегодня в восемь? В малой ледяной гостиной? Я… я прикажу приготовить что-нибудь… э-э-э… тёплое. Вы не против?

— Я предупреждаю, — сказал я, и в моём голосе снова зазвучали стальные нотки, — я не переношу беспорядка. И непрофессионализма.

— О, не беспокойтесь, — она игриво подмигнула мне, и у меня ёкнуло где-то в районе вечной мерзлоты. — Всё будет строго по протоколу. Только протокол будет… романтический. А сейчас прошу меня простить, мне нужно подготовиться. Инесса, покажешь Его Величеству Морозу его спальню? Выдели самую лучшую.

— Будет исполнено, — улыбнулась фея.

Она поднялась с трона и поплыла прочь из зала, оставляя за собой шлейф из запаха любви и надежд.

Я остался стоять в тронном зале, глядя ей вслед и пытаясь осмыслить, что же только что произошло.

С пола донёсся голос барса, полный трагедии: