Книга Академия тайных даров. Преданная смерти, страница 98 – Дана Данберг

— Жаль, нам бы такое пособие пригодилось, – вернула меня в реальность Алина.

— Ты себе даже не представляешь, насколько, – пробурчала я.

— Ты о чем это?

— Да так…

— Что-то ты недоговариваешь. Опять что-то случилось?

— Знаешь, Алин, я не могу тебе пока всего сказать, но будь, пожалуйста, аккуратнее. И еще, лучше потерпеть немного боль, чем остаться без защиты, – я кивнула на артефакт, переводя тему на него.

— Главное, чтобы он выдержал.

— Будем надеяться.

— Но все же, что им от меня могло понадобиться? Я еще подумаю, конечно, но мне кажется, что никого в форме я тоже не видела. Тропа пустая была, пока я парней не нагнала. А какие-то заросли там есть, конечно, но довольно далеко. Представления не имею, где мог засесть менталист. Кстати…

— Нет, упырям, обладающим ментальными способностями, мозгов не хватит давить на тебя постепенно, – покачала головой я, сразу поняв, о чем она.

— А умертвие?

— У умертвий нет магических способностей. Откуда бы им взяться, если они умертвия?

— Ну ведь умертвиями могут быть маги? – недоуменно уточнила она.

— Умертвиями могут быть люди и маги, могут быть животные, но после смерти остается только физическая сила, магия исчезает. У тех же упырей человеческая магия тоже исчезает, остается только та, которая принадлежала другой расе.

— Это точно? – не поверила соседка. – Я слышала…

— Это точно, Алина, – усмехнулась я. – Но даже если бы это было не так, то они бы тоже сразу атаковали, как и упыри.

— Но если бы они были под контролем опытного некроманта, который бы им приказал давить медленно, но они бы так и сделали?

— Знаешь, – я задумалась на некоторое время, прикидывая варианты, – даже если бы это было в принципе возможно, вряд ли концепцию медленно давления такого сложного дара, как ментал, кто-то смог бы умертвию объяснить. Оно тупое, понимаешь? У него не остается развитого разума человека, оно способно только выполнять понятные и четкие команды. Слово “медленный” – для него нечто абстрактное, непонятное. Например, если мне нужно, чтобы Лиска кого-то тяпнула за ногу, но не отгрызла от нее кусок, я ей не говорю “немного”, “медленно”, “чуть-чуть” или нечто подобное, она этого просто не поймет. Я ей говорю конкретно: мне нужно, чтобы ты свалила челюсти при укусе на столько то, и показываю ей в своей голове картинку, как она сдавливает челюсть на полсантиметра. Понимаешь? И это у меня умертвие еще умное, а ничего сложного я ее делать не заставляю, – кстати, именно вот с такими трудностями я описывала приказ куснуть Грега за шею. – С ментальной магией все намного сложнее. И тем более сложно нементалисту объяснить, как умертвие должно работать с менталом. Некромант и сам не знает, для этого ему надо быть самому менталистом.

— А если он сам ментальный маг, то никакое умертвие ему и не нужно, – согласилась Алина. – В общем, ты думаешь, что это был человек? Но как тогда он от меня скрылся? Я ведь посылала поисковую волну, а значит, он был дальше.

— Вот так и скрылся. Он сильнее тебя, получается.

— Но зачем ему меня подчинять? Нет, тут есть много вариантов, в том числе, весьма неприятных, но не перебор ли это? Тем более что я думаю, ты права, это кто-то из сотрудников или охраны Академии.

А я вот думала о другом, о том, что наверное, причиной является ее соседство со мной. Ее хотели подчинить, чтобы подобраться ко мне. Я ведь, когда дома, не ожидаю нападения или чего-то подобного. Да, ее могут заставить напасть, но могут заставить и шпионить за мной. Раз уж менталист не может влезть мне в голову, что ему, наверное, очень обидно, то почему бы не приставить соглядатая? Логично ведь звучит. Тем более что нахождение Алины рядом не вызывает у меня никаких подозрений.