Книга Академия тайных даров. Преданная смерти, страница 22 – Дана Данберг

— Молодые люди, – я их внимательно оглядела, подойдя, – вам не надоело шататься по округе без дела?

— Не-е… – протянул один из них. – Наблюдать за работой других, это очень умиротворяет.

Тут у меня что-то щелкнуло в голове и я включила режим своей очаровательной мамочки. Обычно, я не такая стерва, но могу, умею, практикую.

— У меня в мобиле зеркало и тумбочка, отнесите их на четвертый этаж, будьте хорошими мальчиками, – кровожадно улыбнулась я, да так, что один из парней отступил на шаг.

— А почему мы должны?.. – начал второй.

— Не должны, – перебила я и пожала плечами. – Но если вы не соблаговолите мне помочь, то ночью в ваши комнаты может кто-то пробраться. Кто-то мертвый и кусачий.

Я оглядела парней, которые, судя по цветам их шарфов, были темными. Вероятно, с этим менталистом они учились в одной группе или хотя бы на одном курсе – по возрасту, вроде, подходит.

— Это нарушение правил, нельзя воздействовать…

— Применять к студентам ментальную магию – это тоже нарушение правил, причем более серьезное. А я с удовольствием подтвержу, что оно было, потому что, если вы не заметили, у меня в родственниках русалки, я ментальную магию ощущаю.

Это была неправда, вернее, не совсем правда. Я ощущала, только если она была чрезвычайно сильной, впрочем, как и любую другую магию. Такая чувствительность не была чем-то необычным и присутствовала не только у потомков русалок, но и у многих обычных магов, и даже иногда у неодаренных.

Но они ведь этого не знают, а ментальное воздействие без разрешения – это не просто правонарушение, а серьезное преступление.

— Кроме того, – продолжила я, усмехаясь, – с удовольствием посмотрю, как вы будете жаловаться магистрам, что вас, здоровых парней, покусали мертвые богомолы и тараканы со сверчками. Думаю, вам этого до окончания учебы не забудут. Да и после будут по-доброму подшучивать на каждой встрече выпускников или даже в свете.

— Ты всегда такая злобная стерва, – кажется, смирившись со своей судьбой носильщика, спросил первый из парней, а второй, который потрусливее, закатил глаза. Он-то был аристократом и понимал, что я тоже аристократка, и простолюдин не может со мной разговаривать в подобном тоне. Но студенчество всех уравнивает, поэтому и я не стеснялась в выражениях.

— Нет, я добрая, если меня не раздражать. А сегодня вы и ваш друг были очень близки к тому, чтобы перейти черту. Так что зеркало и тумбочка вас ждут.

— И ты никому не скажешь?

— Обещаю, что от меня никто ничего не узнает, – ответила я, про себя подумав, что про Алину я этого сказать не могу. Она, вообще-то говоря, имела полное право прямо из столовой пойти в своей деканат и подать официальную жалобу.

Вопрос лишь в том, стоило ли? Я бы не подала, но она не я. Не знаю, может, она пока над этим раздумывает, может, решила спустить на тормозах – это ее право. Но, честно говоря, я бы не обостряла.

А то, что я этих двух дружков припахала, так это просто для проформы. Пусть знают, что я могу и наказать.

— Зеркало аккуратнее несите, – вздохнула я, увидев, что аристократ чуть не задел им перилла. Тумбочку взял второй, потому что та тяжелая, а он был помассивнее первого.

Они, скверно ругаясь сквозь зубы, занесли мои пожитки на этаж, я попросила поставить их у двери.