Книга Все приключения Ивидель Астер, страница 530 – Анна Сокол

Кошка издала рык, и железный лист, которым ее старался удержать, князь отогнулся в сторону…

Мой огонь охватил рыжеволосого демона, и тот поднял воздушный вихрь, окружая себя родной стихией, ограждаясь от моего пламени и одновременно раздувая его.

— Нет! – закричала Гэли.

— Да, – как мне показалось, невпопад ответил князь и оттолкнул от себя Цецилию.

С тихим шелестом меч первого рода покинул ножны. Клинок, залитый тьмой Разлома всего лишь наполовину. Чирийский и нечирийский одновременно, наверняка только благодаря этому демон и мог держать его в руках. А может, его держал вовсе не он, а тот, кого целительница называла Северин? Я видела, как дрогнуло оружие, перед тем как войти под пластину железной кошки. Войти всего на пару пальцев и застрять. Железный зверь затрясся, закружился на месте. Меч, вырвало из рук князя.

На меня налетело пылевое облако, словно мешок, который кто-то накинул на голову и затянул горловину на шее. Но если «мешок» состоял из поднятого с земли песка, то веревка была ничем иным, как уплотненным воздухом, которому задали очень интересный вектор…

Среди нас был только один маг, искусно владеющий этой стихией.

— Гэли, – прохрипела я, сама себе не веря.

Огонь метнулся в сторону от рыжеволосой. И я торопливо отпустила зерна изменений, потому что не хотела никого сжечь. На самом деле не хотела. Я не Первый змей.

Договорить мне не дали, дернули за сжимающуюся на шее удавку. Я упала навзничь, рапира полетела куда-то в сторону. За веревку снова дернули, причиняя неимоверную боль и таща меня по земле, словно пойманного в лассо зверя.

— Стой! – услышала я вдруг крик Альберта. – Ей они ничего не сделают, а Муньера убьют сразу.

Удавка не ослабевала, но пыль, что швырнули мне в лицо, стала рассеиваться. Я заморгала. И пусть глаза слезились, я успела разглядеть, как Альберт схватил за плечо Криса, как швырнул в князя какой-то железный цилиндрик, но тот вместо того, чтобы взорваться, как бочка с порохом, упал на землю и издал пронзительный визгливый звук. У нас в Кленовом саду если рожок издавал такой вой, им отпугивали медведей, да и всех остальных тоже. Так и хотелось зажать уши, но тут за удавку дернули в третий раз, и я ударилась головой обо что-то твердое. Мир тут же стал обманчиво ласковым, тихим и расплывчатым.

Не могу сказать, что потеряла сознание. Не могу сказать, что не хотела этого. Но меня как обычно не спрашивали. Мир смазался, появилось странное ощущение полета, звуки тали тягучими, как кисель. От всплывающих то и дело цветовых пятен начало укачивать. Танцующий, неровный свет сменился тьмой, а вместе с ней пришли тишина и неподвижность. А еще холод, что пронизывал до костей. Я поняла, что дрожу, что пальцы отказываются слушаться, что одежда промокла, что внутри нарастает тревога. Что-то случилось! Что-то очень нехорошее! Неправильное! Невозможное!

Я рывком села.

Случилось. Мы проиграли бой. Наверное, самый важный бой в нашей жизни. Оставалось только надеяться, что проиграли не все. И не для всех сейчас готовят кандалы.

— Тише-тише, – услышала я голос, и на лоб легла теплая ладонь. – Можно уже никуда не бежать.

— Э-э-т-т-того т-то я и боюсь, – ответила я, совладав с дрожью.

Провела руками по лицу и смогла, наконец, оглядеться. Первой кого увидела, оказалась Цецилия. Она поддерживала меня за плечо, а ее лицо в полумраке казалось еще более резким и угловатым.