Книга Мой сосед – девственник. Он хочет меня, страница 24 – Анна Нест

— Рома…

— Нет, — перебивает он. — Сегодня я все сделаю сам.

Я смотрю на него, и в этот момент все мои сомнения растворяются.

Рома

Она сидит за моим столом, в свете настольной лампы ее волосы отливают золотом.

Я стараюсь сосредоточиться на том, чтобы разлить чай по чашкам, но ее присутствие делает это почти невозможным.

— Уютно у тебя, — говорит она, осматривая комнату.

— Это дом бабушки. Она оставила его нам. Родители хотели продать, но я уговорил их оставить.

Она поднимает взгляд.

— Здесь чувствуется тепло.

Я ставлю чашку перед ней и сажусь напротив.

— Ты уверена, что тепло идет от дома, а не от чего-то другого?

Она усмехается, но не отвечает.

Я смотрю, как ее пальцы обхватывают кружку, как она слегка проводит пальцем по краю. Маленькие детали, которые вдруг кажутся мне важнее всего на свете.

— Ты очень… взрослый, — неожиданно говорит она.

— Разве?

— Иногда я забываю, сколько тебе лет.

— Ты так говоришь, будто это плохо.

— Это не плохо, Рома. Просто непривычно.

Делаю глоток чая.

— Я не хочу, чтобы ты думала обо мне как о ребенке.

— Я так не думаю.

Ее голос очень тихий.

— Тогда в чем дело?

Она смотрит на меня, и я вижу в ее глазах борьбу.

— Ты заставляешь меня хотеть то, что я не должна хотеть.

Ее слова, тихие и неуверенные, разжигают во мне огонь.

Я ставлю чашку и наклоняюсь ближе.

— А если это правильно?

Она мотает головой, но не отводит взгляда.

— Это не может быть правильно.

— Почему?

— Потому что…

Ее голос дрожит, а я не могу оторвать взгляда от ее губ.

— Скажи мне, Лена. Почему?

Она замолкает, и в комнате становится так тихо, что я слышу, как она дышит.

И тут я уже не могу больше ждать.

Я тянусь к ней. И она не отстраняется.

Мои губы касаются ее губ, мягко, осторожно, как будто это самое важное, что я когда-либо делал.

И она отвечает мне.

Лена тянется ко мне, а я чувствую, как весь мир сужается до этого момента.

До нее.

До нас.

Когда поцелуй прерывается, она смотрит на меня так, будто мир перевернулся.

— Рома, — шепчет Лена, ее голос дрожит. — Это слишком…

— Слишком что?

— Слишком хорошо, — признается она, и в ее глазах я вижу слезы.

Я беру ее руку в свою и крепко сжимаю.

— Тогда позволь мне доказать, что это правильно.

Она молчит.

Лена

Всю дорогу домой я не могу перестать касаться губ. Они горят от его поцелуя, как будто он оставил на них свой след.

Тишина вокруг кажется слишком громкой. Но я рада, что могу побыть в тишине, дети до сих пор находятся у моей мамы и не видят, что происходит со мной. Не видят, что я схожу с ума.

В голове звучат его слова: «Позволь мне доказать, что это правильно».

Как он мог сказать это с такой уверенностью? Как он мог сделать так, что я верю ему, даже если боюсь?

Это просто момент. Момент, который можно забыть.

Но я знаю, что это не так.

Когда я захожу в дом, меня встречает тишина. В кухне горит лампа, оставленная мной. Она почему-то кажется мне до боли одинокой.

Я бросаю сумку на стул и наливаю себе воды. Пью большими глотками, будто пытаюсь утолить жажду, которая не имеет ничего общего с водой.

Это все нужно прекратить.

Но как я могу это прекратить, если всякий раз, когда он рядом, мне кажется, что я живу по-настоящему?

Телефон вибрирует на столе, и я вздрагиваю. На экране его имя.

Не отвечай.