Книга Неисправимый, страница 49 – Тори Майрон

— У тебя очень красивый член, Марк, – приподняв голову от подушки и бросив взгляд вниз, вдруг выдаёт осмелевшая девчонка, выбивая из меня смешок.

— А ты что, много членов видела?

— Много.

Не понял.

Должно быть, мои глаза по размеру становятся как у Мили, а перенапряжённое тело превращается в сталь.

— В порно, – весело поясняет она, забавляясь моим ступором. – Я видела много членов в порно. В жизни – твой первый.

Я аж выдыхаю с облегчением, снова испытывая ликование.

— В порно, значит, – представив Мили за этим занятием, совершаю движения бёдрами, толкаясь членом в плотное кольцо женских пальцев. – И часто ты смотришь порно?

— В зависимости от того, что значит часто.

— Допустим, каждый день.

— В таком случае получается, что часто, – признаётся крошка, почти не краснея, чем рисует на моих губах широкую улыбку.

— И какое порно ты любишь больше всего? Домашнее?.. На публике?.. Массаж?.. Большие члены?.. Или что-то пожёстче? – чередуя с хриплыми стонами, перечисляю я.

— Лесбиянки.

— Лесбиянки?

Этот ангел когда-нибудь перестанет меня удивлять?

— Да. Люблю смотреть на лесбиянок.

— Только смотреть? Или попробовать тоже хотела бы?

— Нет. Попробовать – нет. Я стопроцентная гетеросексуалка.

— А так отпадно дрочить тоже по видео научилась?

— А у меня отпадно получается?

— Мягко говоря, – сквозь стон выдавливаю я, чувствуя, как неумолимо приближается оргазм.

— Это всё книжки, – с улыбкой отличницы выдаёт она, по полной программе продолжая практиковать на мне свои теоретические знания. А я ни рассмеяться во весь голос, ни ответить сладкой больше ничего не могу. Просто тяжело дышу ей в губы. В глаза огромные, сверкающие смотрю. Только их вижу. Окружение словно в тумане, время замедляет ход. Накал в теле достигает предела. Напряжение собирается в пылающий шар и погружается в низ живота, растекаясь искрящейся лавой. И я растворяюсь в этом пожаре. Сгораю дотла.

Взрыв. Полёт. Взбесившийся сердечный ритм и полная прострация. С хриплым стоном кончаю на женский живот и падаю на девчонку, точно убитый. Телом придавливаю, лицом во влажную щёку впечатываюсь и дышу… дышу… её обалденным запахом себя добиваю и всё никак вспомнить не могу, чтобы хоть когда-нибудь от обычной дрочки меня настолько уносило. А сейчас сносит. Далеко и надолго. Ни одной конечностью пошевелить не могу, в башке пустошь, по венам циркулирует нега, тотальная расслабуха, из которой меня выбивает всего один короткий контакт.

Губы в губы. Нежно. Всего секунду, а тело будто разрядом дефибриллятора прошибает, и я резко оживаю. Распахиваю веки и встречаюсь с глазами цвета жареного кофе. Теперь в них пестрит столько эмоций, что все не разобрать. Даже пытаться не стоит. Мозг схлопнется.

— И что это было? – вялым голосом спрашиваю я.

— Что именно?

— Твой клевок.

— Это был не клевок, – оскорблённо возражает она.

— А что?

— Мой первый в жизни поцелуй вообще-то, – морщит носик и порывается повернуть голову, но я ловлю её подбородок пальцами, вынуждая смотреть мне в глаза.

— Первый поцелуй, говоришь? – большим пальцем надавливаю на её нижнюю губу.

Мили кивает.

— Тогда сотри этот фрагмент из памяти.

— Почему?

— Потому что первый поцелуй должен быть совсем другим.

Обхватываю рукой её затылок и, не дав сказать больше и слова, накрываю её рот своим, глубоко проталкивая язык. И ой бля… Это космос. Все ощущения становятся ещё ярче, острее, турбулентность в груди – вконец неподвластной.