Книга Клеймо мажора, страница 99 – Любовь Попова, Елена Гром

— Тебе тоже больно! Иначе ты бы не искал мне замен, иначе ты бы не преследовал меня! Извинись, сволочь, извинись хоть раз в жизни! — ору ему в лицо.

— Закрой рот!

— Попроси прощения! - даю пощечину, оставляя красный след. - Извинись передо мной, перед собой!

— Прости! — орет он так же громко, почти оглушая. – Прости, прости, прости! Я не… Не должен был этого делать. Не должен был, Люб.

Вздыхаю полной грудью, с шеи словно сняли удавку. Закрываю глаза и плачу, плачу по той девочке, что просила Данте остановиться, плачу по мальчику, которому не объяснили, что такое «плохо».

Данте отпускает мою ногу, встает, чуть пошатываясь. Собирает ошметки моего платья, сжимает их в кулаках. Отворачивается.

— Хочешь, поедим чего – нибудь.

— Ты не хочешь со мной есть, Данте. И видеть меня не хочешь. Я всегда буду напоминаем о том, что ты сделал со мной.

— Пожалуй. Бля, — он трет лицо руками. – Только не делай глупости и не бросай учебу. Третий год обучения. Придется начинать все заново.

— А ты…

— Мы взрослые люди, Люб. Я больше тебя не трону. Тем более я люблю более жесткий секс, ты меня не потянешь.

— Переживу, — киваю, встаю, не без помощи Данте и иду полуобнаженной в свою комнату. – Откуда у тебя ключ?

— Украл из штанов Леона, пока тот трахал бывшую.

Качаю головой.

— Даже странно, что ты не продемонстрировал мне его распущенность.

— Я заснял, хочешь посмотреть?

— Не уж, твоих хоум видео мне было достаточно. Верни ему ключ. И не нарушай закон. На самом деле ты этого не хочешь.

Он застегивает штаны, идет к двери, забирая кроссовки. Тормозит у двери, поворачивая голову.

— Знаешь, после всего – мы просто обязаны стать друзьями.

— Мои друзья много трудятся в профкоме.

— Ой, не, это не мое. Прощай Люб….

— Прощай, Дан.

Я, правда, хотел оставить ее в покое. После той отповеди, я почувствовал себя пацаном, которого отчитывает мама. Вспомнился момент, когда я закрыл одноклассника в шкафу, а потом мне стало стыдно.

Мама меня отчитала, но, по сути, всех их угрозы были пустыми. Мне ничего не запрещали, либо я спокойно находил обходные пути. Я бы не против найти обходные пути к Любе, но она с самого сентября ведет себя так раздражающе дружелюбно, словно я псих с которым по другому просто нельзя.

Я, правда, хотел оставить Любу в покое.

После возвращения в Москву терпеливо ждал от нее хотя бы намека, что она скучает. Занимался новыми приложениями, развитием компании, много тренировался, не меньше того бухал. Завел новые отношения, чтобы увидеть реакцию Любы. С той самой девушкой из клуба, на которую мы с ней спорили.

Это должно было немного ее расшевелить. Но реакции не последовало. Когда она нас увидела, то улыбнулась и довольно искренне порадовалась, что я вступил в настоящие отношения.

Я, правда, хотел оставить ее в покое.

Не убил парня, который начал за ней ухлестывать и получил почти взаимность. Они ходили вместе, смеялись над тупыми видео и делали дебильные селфи. Люба словно в лицо мне тыкала своим отличным парнем, который не является мне родственником. Словно ментально кричала: «Я больше не твоя».

Сначала Фогель, теперь Рычков. Скоро они переспят, и я окончательно освобожусь от роковой красотки и буду наслаждаться до раздражения милой Олей. Так я думал.