Книга Клеймо мажора, страница 60 – Любовь Попова, Елена Гром

«Всегда хотел найти жирную, невоспитанную свинью и валяться с ней в грязи»

Получается, правду сказал, раз выбрал именно ее для секса. Танька даже будет рада воплотить все его мерзкие фантазии и слова против не скажет.

Такси, наконец, довозит меня до общаги, и я поднимаюсь к себе в комнату. Тут же натыкаюсь на заспанную Асю.

— Привет…

— Прости меня. Я зря на тебя обижалась.

— Это ты меня прости за трусость. Ты была права надо действовать.

— Что? Ты серьезно? Если это из–за меня, то не надо!

— Ты тут не причем! Просто я поняла, что не хочу превратиться в свою мать и жить внешними приличиями. Лучше пройти это и стать свободной. Как думаешь?

— Думаю, что поддержу любое твое решение. Ведь именно так поступают друзья.

Она сама делает первый шаг, подходит и крепко меня обнимает. А я закрываю глаза, стирая из памяти образ красивого подонка, которому еще предстоит сказать, что он мне больше не хозяин.

В этот момент дверь нашей комнаты сотрясется от стука… Мы с Асей резко расходимся и смотрим друг на друга...

— Люба, открывай... - раздается голос Данте...

— Хочешь, я схожу, — выступает Ася, но я качаю головой.

— Я сама, — и конечно это никак не связано с тем, что мне хочется услышать хоть долю объяснений. Или очередное жизнь дерьмо… Но почему так демонстративно, что хотел показать? Что ниже падать некуда?

Иду к двери, наполняя легкие воздухом, и шумно выдыхаю, готовая к очередной битве… Сегодня я готова к ней. И во многом благодаря тому, что показал мне Данте.

Отрываю, врезаясь взглядом в дьявольски красивое лицо Данте. Мы несколько секунд стоим неподвижно. Не знаю, о чем думает он, а у меня перед глазами сцена на парковке.

— Выходи.

Слушаюсь его последний раз, только чтобы Ася не видела и не слышала этой грязи.

Закрываю дверь и иду к окну, на подоконник которого запрыгнул Данте.

— Я правильно понимаю, что сказав все матери, ты готова пойти в тюрьму?

— Да. Но перед тем как я туда пойду, каждый в стране узнает, что ты из себя представляешь.

— А посадить меня не хочешь?

— Я не настолько наивна, чтобы не понимать, что доказательств нет, но достаточно, чтобы слава о тебе прогремела на всю страну. А если я умру, — вскидываю голову. – То статьи о том, кто это сделал, прогремят по всей стране.

Данте вдруг рассмеялся, заставляя меня вздрогнуть от неожиданности.

— Ты слишком ничтожна, чтобы марать о тебя руки, — он вдруг поднимает кофту и достает что – то из ремня. Труба белого цвета тут же раскрывается в папку. Данте тут же протягивает ее мне.

— И что это значит?

— Что ты мне больше не интересна.

Дрожащей рукой забираю папку, не черта не понимая…

— Очередная манипуляция?

— Нет, просто заебало видеть твою кислую мину каждый раз, когда ты меня видишь. Твоя сестра мне нравится больше. За снятую хату в центре и шмотки готова не то, что в жопу давать, готова обслуживать всех моих приятелей.

Сжимаю в кулаке картон папки, слушая Данте, говорящего, словно на другом языке.

— Она станет твоей содержанкой?

— Именно. Оказалось это лучше, чем шантажировать. И можно получить все, а не выдавливать каждый минет.

— То есть помимо вседозволенности, нужно чтобы девушка еще и довольна этим была?

— Безусловно, иначе не интересно. Хочешь на ее место?

— Нет! — прижимаю к себе папку, смотря на то, как Данте спрыгивает с высокого подоконника, подмигивает мне и просто уходит. Я все еще смотрю на место, где только что стоял мой мучитель и не могу осознать произошедшее. Столько страхов, столько стыда и все закончилось?