Книга Мой враг, страница 122 – Алёна Невская, Елена Сергеева

Девушка повторяет свой вопрос, смысл которого я наконец понимаю:

— Ты к Максу?

— Да, – отвечаю я и, не спрашивая разрешения, подвинув ее в сторону, вхожу в коридор.

— Его еще нет.

Вызывающе смотрю на нее и, вздергивая подбородок, ставлю в известность:

— Я подожду.

— Как хочешь. Будешь чай?

Ее любезность бесит меня еще больше, но я стараюсь держать себя в руках, чтобы не наброситься на нее и не выдрать ей волосы за моего Максима.

Моего?

Может, мне только казалось, что он мой?

Чувствую, как больно сжимается все внутри, но надо набраться сил и дождаться его. Я, конечно, могу уйти, ведь все, что мне нужно, я уже увидела, но я хочу посмотреть ему в глаза и сказать то, что я о нем думаю. Мне необходимо узнать, зачем надо было говорить тогда, на мосту, про верность, про честность, если ни верности, ни честности с его стороны нет.

Минуты длятся бесконечно долго, и мои натянутые как струны нервы вот-вот лопнут. Наконец, раздается звонок в дверь. Я по привычке иду в коридор, но останавливаюсь на полпути – девушка оказывается проворнее. Она открывает дверь, и я слышу до мурашек знакомый голос.

— Не помню, что ты любишь, купил всего и побольше.

Меня просто начинает трясти. Вылетаю в коридор и ловлю его недоумевающий взгляд.

— Ника?

Смутно помню, как налетаю на него, как фурия, и колочу в грудь, крича при этом:

— Значит, это правда! Как ты мог!

Слезы градом текут из моих глаз, и я чувствую себя такой жалкой и ничтожной, но не могу остановиться.

Максим перехватывает мои руки и встряхивает меня, словно желая, чтобы мозги встали на место. Я, обездвиженная, с обидой смотрю на него.

— Успокойся, – добавляет он, когда я, очухавшись, пытаюсь вырваться, и не отпускает, а тащит меня на кухню.

— Объясни мне, что ты здесь делаешь? И почему психуешь? – отпустив, требует он.

— Это я должна тебе объяснять? – мое возмущение зашкаливает. – Может, ты мне объяснишь, что эта девица делает у тебя? Ты говорил о честности, о верности, а сам…

Хватаю первую попавшуюся тарелку и швыряю на пол, рассчитывая вывести подобным образом весь свой негатив. Она разлетается на мелкие кусочки, как и мое сердце в груди, а легче не становится.

— Ника, что за бред! Прекрати истерику и не веди себя как ребенок!

— А как я должна себя вести?

Демонстративно швыряю на пол еще одну тарелку, давая волю своей ярости. Он ловит мой сумасшедший взгляд и произносит:

— Совсем недавно я приезжал к тебе и застал тебя с твоим полуголым бывшим за накрытым праздничным столом. Что ты мне сказала тогда, помнишь?

В голове всплывает та двусмысленная картинка, и я как-то сразу затихаю, а он продолжает:

— Ты застала нас в постели?

Молчу, онемев, и лишь хлопаю ресницами.

— Ника, что ты увидела? Девушку в моей квартире – и что?! Ты знаешь, кто она и почему она здесь?

Сглатываю комок в горле и продолжаю молча смотреть на Максима, надеясь, что он сам ответит на эти вопросы и мне не надо будет просить его об этом.

— Прежде чем устраивать истерики и бить посуду, надо сначала во всем разобраться, – укоряет он. – Это моя троюродная сестра. Она приехала на пару дней к Марине, но та, увидев ее, выставила из дома, решив, что она слишком хороша и не стоит соблазнять Вадима. Вот и все.

Виновато смотрю на него, чувствуя себя полной идиоткой. Макс в подобной ситуации повел себя куда более адекватно. И тут я вспоминаю про Марину. Вот стерва! Она прекрасно знала, кто будет у Макса сегодня, и специально написала мне, чтобы я в припадке ревности приехала и, не разобравшись, наломала дров, что, в принципе, и произошло, с той только разницей, что я не ушла, не разобравшись, а дождалась ее брата и узнала правду.