Книга Согласие под прицелом, страница 27 – Дарья Милова

Я не собирался больше тормозить. Всё, что я считал важным, — это она. И я не буду сидеть сложа руки. Я прямо сейчас был готов поставить на всё, чтобы вернуть её.

Я схватил телефон и набрал номер Лукас.

— Лукас, слушай сюда, — сказал я резко, без приветствий. — Закрывай два зала на церемонию. Прямо сейчас. Ты, Сэм и Виктор — возьмите всё под контроль. Чтоб никто не вышел!

Он не сразу ответил. Я слышал, как он перебирает мысли, пытаясь понять, что происходит.

— Подожди, что ты... как ты вообще...? — его голос был полон недоумения. — Ты что, с ума сошел? Это свадьба, Марко!

Я сжал зубы, чувствуя, как нервно пальцы сжимаются на телефоне.

— Я сказал — закрывай всё. Я не жду, Лукас. Всё или ничего. Это моя свадьба, и я буду делать всё по-своему.

Лукас всё ещё не мог поверить, но я чувствовал, что он понял: я настроен решительно.

— Ты точно уверен? — он снова спросил, и я мог услышать в его голосе осторожность, но я был слишком решителен.

— Да. Закрывай. Не спрашивай почему, просто делай, как я сказал, — голос стал твёрдым, как камень. — И никаких компромиссов. Понял?

Секундное молчание. Я видел, как этот разговор будет резать его по всем швам, но выбора у него не было. Он знал, с кем имеет дело.

— Понял, — ответил он, и я услышал, как он сдался.

Через час я шагнул в зал, где уже собрались гости, и вся эта атмосфера, как будто уже что-то должно было случиться, только подогревала мою решимость. Остановился у микрофона, и, даже не давая никому прийти в себя, заявил:

— Свадьбы не будет.

Тишина. Молчание. Все замерли, как будто я взорвал что-то. Моника, мать Карины, не смогла сдержать своего гнева. Она встала, глаза её горели от ярости, губы сжались, как если бы она могла разорвать меня на части.

— ЧТО ЗНАЧИТ "НЕ БУДЕТ"? — она вскинулась с места, её голос звенел от ярости. — ТЫ СЕБЕ ПРЕДСТАВЛЯЕШЬ, СКОЛЬКО МЫ ВСЁ ЭТО ГОТОВИЛИ?! СКОЛЬКО ЛЮДЕЙ?! ТЫ ОБЕЩАЛ! КАРИНА ГОТОВИЛАСЬ! МЫ ВСЕ!

Её лицо было багровым, глаза метали молнии, как будто сейчас кинется на меня.

Я молчал. Смотрел прямо, вгрызаясь взглядом в точку над её головой. Пока не заговорил Андреа.

— Марко, — его голос был тихий, но твёрдый. — Ты же понимаешь, что ты сейчас делаешь? Ты рушишь всё. Ради чего? Это наш союз. Наше будущее.

— Я знаю, что делаю, — бросил я. — Я спасаю себя от жизни в клетке.

Я чувствовал взгляды. Жгучие. Но один был особенным. Я нашёл его.

Мама сидела в начале зала. Спокойная. Вся такая сдержанная, как всегда. Но когда я встретился с ней взглядом — она молчала. Только еле заметно кивнула. В её глазах было… одобрение.

И чертовски тихое понимание.

А потом я увидел её.

Лия.

Она сидела рядом с отцом. Между ним и каким-то х*ром, которого я впервые видел в жизни. Я уже на автомате запоминал, как он выглядит. Его волосы. Его тупую ухмылку. Его руку, лежащую слишком близко к её локтю. Если бы не вся эта сцена — я бы уже подошёл и вышиб ему зубы.

Но я смотрел только на неё. На её лицо.

Шок.

Она даже не пыталась скрыть эмоции. Наши глаза встретились, и, как ни странно, мне стало… легче. Она смотрела на меня, как будто не верила. Как будто ждала, что я сейчас всё перечеркну.

И я перечеркнул. Всё. Но только не её.

Я сделал шаг вперёд, встал прямо перед всеми. И, глядя прямо в её глаза, громко и отчётливо сказал: