Книга Развод. Измена на свадьбе, страница 78 – Ари Дале

Продолжаю путь, но не успеваю дойти до подъезда, как меня окликает какая-то женщина. Разворачиваюсь. Желудок ухает вниз.

— Кто вы? — узнаю незнакомку в легком темно-синем платье в пол.

Именно ее я совсем недавно случайно встретила на улице.

Именно из-за нее очень долго не могла прийти в себя.

Женщина останавливается напротив меня, заправляет темные волосы за ухо, глубоко вздыхает.

— Ты, наверное, не знаешь, но я твоя мама, — криво улыбается.

— Что? — не могу поверить в услышанное. — Кто?

Сердце начинает чаще биться в груди, холодок бежит по позвоночнику.

Не может быть.

— Я знаю, что ты, должно быть, удивлена и, скорее всего, не хочешь меня видеть, но не смогла не прийти…, — лепечет женщина, но я ее прерываю, подняв руку.

— Простите, но у меня нет матери, — произношу четко, громко, хотя у самой в груди разгорается настоящее пламя.

Страдание отражается на лице у женщины, но мне все равно. Я сказала правду — моя мать умерла для меня в тот день, когда бросила все и сбежала. Возможно, у меня были причины… Скорее всего, были, учитывая, что сказала свекровь в кабинете Руслана, но я просто не могу просто так это принять. Любая мать должна защищать своего ребенка. Она не бросит его на двадцать лет, укатив в закат. А потом не заявится, как ни в чем не бывало, огорошив ребенка.

Мой малыш еще не родился на свет, но я точно знаю, что никогда и ни за что его не оставлю!

— Послушай, — женщина делает ко мне шаг, я отступаю. — Я понимаю, что ты вряд ли захочешь меня знать. Но может, мы сможем с тобой хотя бы поговорить с тобой? — проходится языком по пересохшим губам.

Поговорить? Поговорить?! А где она была, когда я болела? Где была, когда я плакала по ночам из-за того, что девочек в садики забирали их мамы, а меня только папа? Где была, когда у меня пошли критические дни, и мне пришлось узнавать у одноклассниц, что это такое? Где была, когда папа умер? Где была, когда и дедушка “ушел”?

Если бы у меня был хоть кто-то, я бы вряд ли вышла столь опрометчиво замуж. Вряд ли бы попала в западню с контрактом. Вряд ли бы забеременела, а теперь не знала, как обо всем мужу.

Ничего бы не случилось!

— Простите, но у меня нет матери! — повторяю твердо, вздергиваю подбородок, разворачиваюсь и иду к подъезду.

Не успеваю сделать и пары шагов, как слышу стук каблуков за спиной. Ускоряюсь, быстро поднимаюсь по лестнице, набираю номер квартиры соседке.

Трель домофона звучит громко, но не перебивает шум в ушах. Сбоку от меня появляется тень, но смотрю прямо перед собой. Стискиваю челюсти. Задерживаю дыхание.

Сквозь пелену до меня доносится шумный вдох, после чего я чувствую пальцы на своем запястье. Пытаюсь выдернуть руку, но женщина держит сильно.

— Если передумаешь, — вкладывает в ладонь какую-то бумажку, зажимает мои пальцы. Мгновение смотрит на меня, после чего уходит.

Выдыхаю.

— Кто там? — звучит искаженный стариной голос из домофона.

— Тень Нин, это Маша, — произношу на автомате, после чего раздается писк, символизирующий об открытии двери.

Не помня себя захожу в подъезд, поднимаюсь на пятый этаж, забираю ключи от квартиры. Из-за дрожащих пальцев, кое-как открываю дверь. Прохожу в прихожую. Спертый воздух сразу бьет в нос, но я не останавливаюсь. По коридору бреду в свою комнату, после чего просто падаю на кровать. Закрываю глаза.