Книга Развод. Измена на свадьбе, страница 32 – Ари Дале

В комнате раздается длинный гулкий “вой”. Он не заглушается даже шумом проезжающих мимо здания машин, который доносится сквозь приоткрытое окно.

— Звони ей! — приказывает Алевтина Дмитриевна, протягивая трубку в нашу сторону.

Из меня вылетает шокированный выдох, а Руслан рядом со мной напрягается.

— Маша, присядь, пожалуйста, — муж подталкивает меня к коричневому кожаному диванчику.

Он вместе со стеклянном столиком, на котором тоже лежат бумаги, но уже в разнобой, стоит недалеко от окна, занимающего всю стену.

Я поднимаю голову и смотрю на Руслана. Вижу напряжение, которое отражается на его лице. Чего только стоят одни сжатые в белую линию губы. Поэтому просто киваю и обхожу его.

Чувствую на себе пронзительный взгляд Алевтины Дмитриевны, но сдерживаюсь от порыва показать ей язык. С моей стороны это было бы совсем по-детски. В небольшой комнате одной истерички достаточно. Поэтому просто подхожу к дивану, сажусь, сосредотачиваясь на противостоянии матери и сына.

— Мама, положи трубку, — голос Руслана звучит твердо, я бы даже сказала, грубо.

— Звони! — Алевтина Дмитриевна трясет трубкой, из которой раздаются уже короткие гудки.

— Мама, я уже давно не маленький мальчик, чтобы мной можно было помыкать, — муж засовывает руки в карманы. Почему-то мне кажется, что этим простым жестом он скрывает сжатые в кулаки пальцы.

— Серьезно? — бровь Алевтины Дмитриевны взлетают. — Как жениться на этой, — небрежно указывает подбородком в мою сторону, — по настоянию отца, так ты согласился. А выполнить простую просьбу матери, так видите ли “уже не маленький мальчик”, — женщина кидает трубку на стол, не удосужившись положить ее на место. — Вот скажи, что сложного в том, чтобы выделить комнату бедной девочке, которой жить негде?

Плечи Руслана расправляются, а сам он медленно выдыхает.

— Мама, тебя не смущает, что я недавно женился? Посторонней женщине в нашем доме не место, — Руслан изо всех сил старается говорить размеренно.

— Ой, все мы знаем, почему ты женился, — свекровь закатывает глаза.

— Просвятишь?! — так жестко спрашивает Руслан, что Алевтина Дмитреевна тушуется.

Быстро переводит взгляд с сына на меня и обратно. Сужает глаза, поджимает губы. Ее глаза бегают, словно женщина пытается придумать другую стратегию и, кажется, находит ее.

— Вы же с Викой всегда были дружны, — делает акцент на последнем слове. — Разве тебе не стыдно выгонять ее на улицу в такой сложной ситуации? — хлопает глазками.

— Во-первых, пятизвездочный отель — это не “улица”, — отрезает Руслан. — Во-вторых, я предлагал ей ключи от своей квартиры в городе, она сама отказалась их взять? — пожимает плечами.

— Ключи от квартиры? — возмущение пропитывает голос свекрови. — Серьезно? Там же даже прислуги нет…

— Тетя Света не прислуга! — прерывает мать Руслан. — Она была со мной с самого рождения.

В глазах Алевтины Дмитриевны мелькает гневный огонь.

— Ты всегда любил ее больше меня, — обиженно выплевывает свекровь, а у меня не получается скрыть удивленный вздох.

Не могу понять, почему эта женщина когда-то казалась мне… адекватной. Видимо, меняет “маски” как перчатки.

— Мама, прошу прекрати… — начинает Руслан, но раздается тихий стук и дверь за спиной мужа открывается.

— Руслан Петрович, — в проеме появляется светловолосая голова секретарши, муж оглядывается через плечо. — Я звонила, но ваш телефон… — лепечет, явно чувствуя напряженную атмосферу в кабинете босса. Глубоко вздыхает. — Вас поставщики уже пять минут ждут.