Книга Бой с Эрой, страница 93 – Жанна Никитина

— О да, солнце, идеально, — он свободной рукой сжимает мое бедро.

Снова начинает вколачиваться. Шлепки наших тел звонко раздаются в ушах. Стону от наслаждения, прошивающего до пальцев ног. Влад сильнее надавливает на шею. Начинаю дышать коротко и часто. Вцепляюсь в руку, держащую меня. Внутри нарастает напряжение. Я на пределе. Кажется, если дотронуться до клитора, я взорвусь. Снова тянусь между ног.

— Даже не думай, — Влад хрипит мне на ухо.

— Прошу… мне надо, — стону сквозь сжатое горло.

Влад за шею тянет меня на себя. Выпрямляемся. Я заметно вздрагиваю от растущей паники.

— Не бойся, я себя контролирую, — шепчет он.

Хватка на горле становится сильнее. Раскрываю рот, хватаю воздух. Страх вперемешку с болезненным возбуждением пускают мурашки по телу. Влад мелко двигается во мне. Убирает руку с бедра. Касается клитора. Давит, одновременно сжимая шею. Удовольствие, разбавленно испугом, толкает меня к краю. Пружина внутри разжимается. Я дергаюсь. Тело неконтролируемо дрожит. Влад целует меня в щеку и отпускает. Заваливаюсь на стол.

Крепкие руки вцепляются в бедра. Влад снова начинает резкими толчками двигаться во мне. Кажется, он может продержаться еще час, а я очень устала. Поэтому не удерживаюсь, двигаю бедрами ему навстречу и сжимаю член глубоко внутри. От дикого рыка сзади приятные мурашки разбегаются по телу. Влад быстро выходит. Убирает ладонь. Липкое тепло разливается по пояснице, стекая на попу.

Влад отходит и, судя по звукам, оседает сзади. Я продолжаю лежать на столе, восстанавливая дыхание. Он меня скоро в край умотает. Нет сил даже пошевелить пальцем, поэтому какое-то время я не двигаюсь, слушая тяжелые вдохи Влада.

Улавливаю, как Влад поднимается с пола. В тишине кухни его движения кажутся слишком громкими. Он отрывает бумажные полотенца, висящие над раковиной. Шуршит ими, видимо, вытирается. Затем раздается повторный треск рвущейся бумаги. Влад подходит ко мне. Прижимается бедрами. Аккуратно вытирает мою спину от устроенного им безобразия. Выкидывает салфетки. Берет меня за талию и утягивает на пол, усаживая полубоком к себе на колени. Кладу голову ему на плечо. Кончиками пальцев глажу рельефный живот. Влад шевелится, пытаясь уйти от прикосновений. Недоуменно смотрю на него.

— Щекотно, — он прижимается губами к моему лбу.

— Ты так сильно волнуешься из-за предстоящего боя? — тихо спрашиваю. Сжимаю предплечье Влада. Поглаживаю большим пальцем выступающую венку.

— Нет, — он отстраняется. Смотрит в сторону. — Послезавтра все пройдет легко. Соперник — фигня. Да и я в прекрасной форме.

— Что тогда тебя беспокоит? — беру его за подбородок, разворачиваю к себе лицом. Мне передается его волнение. Легкие мурашки раздражают кожу.

Он молчит. Избегает моего взгляда. Если это не бой, значит, что-то произошло на приеме у психиатра, к которому он ходит уже третью неделю. Коротко вздыхаю. Влад старается, как может. Но иногда из него клешнями не вытянешь и пары слов о том, как прошел сеанс. В эти моменты он особенно агрессивен в сексе, либо на тренировке. Игорь Юрьевич недавно жаловался, что Влад умудрился порвать боксерский мешок. Зато дома он потом был как шелковый и без проблем рассказал, что Мария Степановна — его психотерапевт — стала замечать взаимосвязь несдержанности предстоящих боев и Влада. Чем ближе поединок, тем больше агрессии он порождает в поведении последнего. Хотя спорт и должен его сдерживать, но сейчас он является катализатором. Я очень боялась, что Влад впадет в депрессию после этого, но нет, все обошлось.