Книга Предатель. Ты мне (не) изменил, страница 94 – Жанна Никитина

— Она беременная! — Витя, тихо стоящий все это время, неожиданно громко и четко вступается за Алену. — Так что держите себя в руках!

Осознаю, что в ворохе собственных чувств мы совершенно забыли об еще одном герое нашей драмы. Витя за все время, как и Денис, не проронил ни слова. И если все так, как рассказывает Алена, то это же, получается, ребенок Вити. Разворачиваюсь к девушке.

— Я одного понять не могу, — ладонь с груди мужа так и не убираю. — Ну вот была бы ты с Денисом, и что? Ребенка куда бы дела?

— Сказала бы, что он его, — на удивление спокойно выдает Алена.

Кажется, мы все трое: я, Денис и Витя, одновременно захлебываемся воздухом. Мне даже на мгновение чудится, что у этой девушки не все впорядке с головой. Она рассуждает о малыше, словно о вещи, которую можно передарить.

— Ты хотела отдать моего ребенка чужому мужику? — Витя тоже разворачивается к Алене.

Не вижу его лица, но слышу по голосу, сколько боли ему доставляют эти слова.

— Я тебя умоляю! — саркастично вскрикивает Алена. — Ты был мне нужен только потому, что похож на Динечку. Именно поэтому я и согласилась на тебя. Всегда представляла Дениса на твоем месте. А еще потому что ты мог помочь… — она запинается на полуслове.

Слышу, как муж свистит при выдохе. Все-таки прыскаю от дурацкого обращения Алены к нему. Ситуация выходит за рамки абсурда. Напряжение давит на нервы. Кажется, я близка к тому, чтобы расхохотаться как ненормальная. Тру лицо ладонями, чтобы хоть как-то отогнать от себя накатывающий приступ. Шиплю, когда задеваю пострадавшую щеку.

— Ты… Вот почему ты приводила меня в этот кабинет? Чтобы я был больше похож на… — Витя замолкает. Ссутуливается.

Я не знаю этого мужчину, но обида за него сдавливает грудь. Он тоже стал невольным участником всех событий, не осознавая, во что ввязался. По напряженным плечам и сдавленным кулакам понимаю, как ему тяжело. Сама испытываю схожие чувства. Нас тут всех придавило одной плитой.

— Это я стирал записи, — он резко поворачивается к нам. Его лицо красное. Глаза блестят.

— Замолчи! — Алена дергается к нему, но Витя скидывает ее руки со своего предплечья. Отстраняется.

Алена и Егор стоят друг друга. Они идут по головам, не смотря ни на что. Для них ничего не стоит вогнать человека в агонию. Души других словно игрушки — можно сломать и выкинуть.

— Я уже понял, — в голосе Дениса проскальзывает сочувствие. Видимо, он тоже понимает, насколько Виктору тяжело. — Ты же из отдела безопасности?

— Да, — мужчина склоняет голову, мотает ей из стороны в сторону. — Вот я дурень! — обреченно выдыхает. — Поверил Алене, что она видит во мне будущего начальника, поэтому нужно привыкать к большим кабинетам, — невесело усмехается. — И записи стирал, чтобы ей не влетело за наш секс. А еще потому что якобы она проект новый готовит, но пока непонятно, выгорит он или нет. И чтобы вас, — поднимает глаза на Дениса, — лишний раз не обнадеживать, она держит его в секрете. А я… верил ей… люблю же ее.

— Да не нужна мне твоя любовь, — шипит Алена за спиной Виктора.

— Теперь вижу, — он отходит в сторону, поворачивается к ней. — Что будет с ребенком? — в его голосе звенит сталь.

— Аборт будет! — рявкает Алена. — Теперь этот бастард никому не нужен!

— Он нужен мне! — твердо припечатывает Витя.