Книга Закрывая двери, страница 87 – Ари Дале, Жанна Никитина

Мы выходим в коридор с бежевыми стенами. Босыми ногами шлепаем по паркету, спускаемся по лестнице, напротив которой находится кухня.

Туда нам и нужно.

Толкаю деревянную дверь, и мы заходим в узкую комнату. Посреди нее находится зеленый островок с белой столешницей на нем и барными стульями рядом. Дальнюю стену заменяет панорамное окно. Большой темно-зеленый шкаф встроен в угол рядом с дверью и почти сливается по цвету с сосновым лесом за окном.

На кухне есть все необходимое, много шкафчиков, современная техника, большой холодильник, изготовленный на заказ с деревянной дверью, тоже выкрашенный в зеленый цвет. Туда мы загрузили продукты вчера вечером.

Все выглядит идеальным. Даже слишком.

Как раз кухню, а еще спальню родителей, я переделал, когда вступил в наследство. Именно эти две комнаты больше всего любила мать, а я не хотел, чтобы даже ее дух остался в моем доме.

Поджимаю губы. Мотаю головой. Вот о ком я не хочу думать, так об этой женщине. Сейчас мне нужна только Мила. Только она.

Подвожу ее к островку посреди комнаты, резко торможу, хватаю за талию и под удивленный визг поднимаю. Ухмыляюсь, когда сажаю Милу на столешницу. Кладу телефон рядом с ней, оставляя быстрый поцелуй на кончике носа. Разворачиваюсь и подхожу к холодильнику.

Открываю его.

— Что ты будешь есть? — осматриваю содержимое. — Как насчет яичницы, салата и апельсинового сока? Или ты кофе хочешь? — не дожидаясь ответа, тянусь за яйцами. Красную рыбу тоже захватываю.

— Кофе, пожалуйста, — отвечает Мила немного отстраненно. — Могу я посмотреть время на твоем телефоне?

— Да, — отвечаю, не думая.

— Эммм… у тебя тут непрочитанное сообщение висит, — ее голос странно звучит

Замираю на секунду, а потом вспоминаю про Стаса, который писал утром, что вот-вот явится.

— Это мой друг, наверное. Он пригласил нас на гонки. Скоро должен заехать за нами, — вынимаю пакет с овощами.

— На гонки?! — восклицает Мила. — Я никогда не была на гонках, — звучит тише.

— Вот и побываешь, — усмехаюсь, оглядывая содержимое холодильника, думая, что еще бы взять.

— Хорошо, — радостно-взволнованные нотки проскальзывают в одном слове, а я не могу сдержать улыбку. Чувствую, себя довольным, когда Мила счастлива. — Получается… это дом твоего отца, да? А где он сам? И мама?

Застываю. Мышцы наливаются свинцом. Изо всех сил сжимаю дверцу холодильника. Гнев волнами проходит по коже. Опаляет каждую клетку тела, заставляет волосы на руках встать дыбом.

Прижимаю продукты к груди и изо всей силы закрываю холодильник.

— П-прости, — глухо произносит Мила. — Я не хотела влезать не в свое дело.

Твою же мать! Она-то точно ни в чем не виновата. Глубоко вдыхаю. Медленно выдыхаю. Мышцы постепенно расслабляются. Кладу продукты на столешницу рядом с плитой. Открываю шкафчик над ней, смотрю на глубокие тарелки и… замираю.

Прикрываю глаза.

— У меня нет родителей, — приходится продавливать каждое слово через горло.

Стискиваю челюсти, распахиваю веки и достаю стеклянную салатницу. Открываю коробку с яйцами.

— Прости, — шепчет Мила.

— Да, хватит извиняться! — повышаю голос и сразу жалею. — Черт!

Упираюсь ладонями в столешницу, смотрю перед собой. Белая плитка начинает расплываться, унося меня в прошлое.