Книга Закрывая двери, страница 6 – Ари Дале, Жанна Никитина

— Иди в душ, — я махаю головой на дверь рядом с кухней. — А я придумаю, что нам поесть.

Тихие шаги сменяются хлопком двери, только после этого я отрываюсь от телефона, где до сих пор ничего не набрал, и закрываю дверцу холодильника.

Шум душа сотрясает тишину квартиры, и я не вовремя вспоминаю, что у Милы нет запасной одежды. Пересекаю гостиную и открываю рядом с плазмой дверь, которая ведет в спальню. Свет не включаю. Он не нужен. Шкаф с одеждой стоит прямо у двери.

Я беру ближайшую футболку и шорты на завязках и иду к ванной. Шум воды стихает. Мысль о том, что нужно постучаться, посещает меня только после того, как я распахиваю дверь и вхожу в ванную. Дверь за мой захлопывается. Приходит моя очередь замирать на пороге.

Мила стоит спиной ко мне, обнаженная, с влажными волосами. Ее тело, покрыто стекающими каплями. Я слежу за ними. Они катятся от плеч, по изгибу спины, опускаются к ягодицам.

Одежда выскальзывает из пальцев и падает на плитку.

Наши взгляды встречаются в запотевшем зеркале, и это служит спусковым крючком.

Я не думаю, когда пересекаю ванную, хватаю Милу за запястье и разворачиваю к себе. Мне не нужны слова. Я вижу ответ в затуманенных глазах. Губы Милы приоткрываются, и я не могу удержаться, провожу по ним большим пальцем. Нежные, пухлые, желанные. Теплый выдох, слетевших с ее губ и смешанный с полустоном, отдается в моем члене, который и без того колом стоит.

Приподнимаю Милу. Сажаю на тумбу со встроенной раковиной. Мила обхватывает меня ногами и притягивает ближе. Меня окутывает тепло ее тела. Ладонями сжимаю влажную кожу. Свежий аромат, смешанный с чем-то сладким, кружит голову. А взгляд не отрывается от зеленых глаз, в которых таится вожделение. То самое, которое заставляет терять чертово здравомыслие.

Губы покалывает от желания. Дыхание Милы учащается. Жилка трепыхается на ее шее. Сердце бьется так сильно, что я чувствую его своей грудью.

Скольжу кончиками пальцев по спине вверх, обвожу лопатку, останавливаюсь на шее и касаюсь той самой жилки. Нежно, едва ощутимо. Кожа Милы покрывается мурашками. Розовый язычок появляется между ее губ, и срывает последнюю нить моего самоконтроля.

Я хватаю Милу за шею. Впиваюсь в теплые сладкие губы. Кусаю нижнюю, и слышу стон. Больше не соображаю. Едва улавливаю треск рубашки и стук пуговиц по плитке. Теплые ладони скользят по моей груди. Острые ноготки легко царапают кожу.

Чувствую робкое касание языка на своих губах. И все!

Я так сильно прижимаю Милу к себе, что слышу ее писк. Немного ослабляю хватку, но при этом целую Милу жарче, сильнее, крепче. Наше дыхание смешивается. Влага на ее теле впитывается в остатки моей рубашки, прилепляя ткань к разгоряченному телу. Зарываюсь пальцами во влажные волосы и целую Милу еще сильнее. Мозг отшибает мгновенно, и я тянусь к ремню на брюках. Дергаю его, но он не поддается. Отрываюсь от Милы, дергаю еще раз. Черт!

Теплые дрожащие пальчики касаются моей руки и отводят ее в сторону. Пряжка ремня звякает и повисает вдоль ног, но ненадолго. Мила расстегивает ширинку, брюки падают к лодыжкам, а тонкие пальчики забираются под резинку боксеров. Я втягиваю в себя воздух через плотно стиснутые зубы и отвожу руку.

— Нет, моя хорошая. Власть тут у меня.

Тяну Милу за волосы, она откидывает голову, освобождаю тонкую шею. Провожу носом по коже, втягивая легкий сладкий аромат. Хочется попробовать, съесть или хотя бы укусить. А почему, собственно, я себе отказываю? Впиваюсь зубами в трепыхающуюся жилку, которая все это время соблазняла меня.