Книга Открывая двери, страница 96 – Ари Дале, Жанна Никитина

— Смотри на меня, — звенящий от напряжения голос Антона проникает в разум. Мне требуется время, чтобы сообразить, что любимый от меня хочет, но я все-таки поднимаю голову и… теряюсь в бездне чувств, которые горят в глазах Антона. Там и любовь, и желание, и нежность. Есть даже доля страха, но она исчезает с очередным толчком и моим стоном.

— Я люблю тебя, — шепчет Антон, — вас… — добавляет спустя секунду, заставляя тепло растечься в груди.

— И я… — хриплю, — люблю, — напрягаюсь, когда Антон касается и без того чувствительно клитора.

Узел внизу живота натягивается до предела. Дыхание застревает в груди. Взгляд размывается.

Антон выходит почти до конца и… толкается внутрь с такой силой, что едва не пронзает меня насквозь. Но этого ему мало, он сжимает клитор двумя пальцами, скручивает его.

Кричу.

Внизу живота все взрывается. Огненная волна заливает тело. Меня трясет, трясет, трясет…

Удовольствие заполняет каждую клеточку тела, заставляя взлететь… Заставляя, потерять себя.

Ничего не вижу, ничего не слышу, ничего не чувствую… Хотя нет, я чувствую все. А главное, я испытываю неземное счастье из-за того, что я встретила Антона.

Спокойствие и защищенность из-за того, что он всегда будет со мной.

И любовь… Господи, как же я его люблю… люблю… люблю…

— Я тоже люблю тебя, — Антон еще раз толкается в меня и наконец изливается.

Всего мгновение стоит, не двигаясь, после чего притягивает меня к себе, крепко-крепко обнимает. Кладу голову ему на плечо, обнимаю в ответ. Расслабляюсь, чувствую, что выдохлась. Антон выжил из меня все соки, это было потрясающе. Не знаю, сколько проходит времени, прежде чем Антон отстраняется. Заглядывает мне в глаза, убирает явно взлохмаченные волосы от моего лица и целует в нос.

— Люблю тебя, — повторяет в который раз и нежно улыбается.

— Ты доволен? Больше ни о чем не жалеешь? — спрашиваю, чувствую, что если Антон не посадит меня в машину, то с места не сдвинусь. Сил попросту нет.

Улыбка Антона перерастает в ухмылку.

— Больше ни о чем не жалею, — кладет ладонь мне на щеку, проходится кончиком большого пальца по моим губам. — Все прошло как надо. Здесь все началось, здесь и должно… продолжится, — максимально приближается к моему лицу, обдает губы горячим дыханием, еще мгновение смотрит мне в глаза и целует.

Закидываю руки на шею Антона, отвечаю на поцелуй.

Он прав. У нас все продолжается… будет продолжаться до конца наших дней.

— Это было сложно? — смотрю на друга.

Антон стоит, прислонившись плечом к мраморной белой колонне, и спокойно потягивает шампанское из высокого фужера. Даже не кривится, не смотря на то, что терпеть не может этот напиток. Черный смокинг с белой рубашкой и, вот черт, бабочкой неплохо сидит на нем. Но уверен, что на мне он смотрится куда лучше, хотя пиджак я уже давно снял.

Оттягиваю ворот рубашки. Дебилизм! Не думал, что буду когда-либо так нервничать.

— Что именно? — Антон косится на меня. — Ты чего, паничку словил? — ехидно ухмыляется.

Я уже заношу кулак, чтобы ударить его.

— Не смей трогать моего мужа! — грозный женский голос отвлекает. — Ему еще нашего сына растить.

— И дочь, — Антон делает шаг в сторону подошедшей Милы.

Вот кто истинный гвоздь этого вечера, так невеста. Пышное свадебное платье на девушке разлетается в разные стороны струящимися волнами. Ткань переливается от падающего на ее света. Лиф на тонких бретелях украшен кружевными цветами. Рыжие волосы заделаны в аккуратную прическу с выпущенными у лица прядями. Настоящая принцесса.