Книга Навсегда моя, страница 12 – Инна Инфинити

— Когда я звонил, у тебя было шумно, как в ресторане. Я решил приехать к твоему дому и подождать, когда ты вернешься. Поговорим?

Как же я устала. Мои плечи опускаются, из груди вырывается тяжелый вздох. Ну вот о чем нам говорить? Мы все друг другу сказали четыре года назад, когда Севастьян заявил, что не признает ребёнка своим. Я тогда послала Севу на хрен, а он пожелал мне счастья. По-моему, очень ёмкий получился разговор. Добавить больше нечего.

— Я не хочу с тобой разговаривать.

— Это неизбежно, Элла, - говорит тихо, но твердо. - Отныне я намерен участвовать в жизни Оскара. И ради ребёнка лучше нам договориться по-хорошему.

О, а вот и угрозы пошли. Кто бы сомневался. Бандит Севастьян Терлецкий, гордо именуемый сначала бизнесменом, затем губернатором, а теперь министром транспорта РФ остается верен себе и своим методам работы. Что дальше, если я откажусь от разговора? Севастьян похитит у меня сына?

Шутки шутками, а от этой мысли мне становится не по себе. Я как никто другой знаю, что в мире Севастьяна похищение людей - это нормально.

— Мне нужно отпустить няню до часа ночи. А сейчас уже, - достаю из сумочки телефон и включаю экран: - Без пяти час. А оставить Оскара одного в квартире, чтобы поговорить с тобой, сам понимаешь, я не могу. Так что давай в другой раз?

— Ты могла бы пригласить меня подняться.

— Могла бы, но не хочу.

— Элла, мы можем договориться по-хорошему. А можем по-плохому. Как именно мы будем договариваться - выбирать тебе. Скажу только, что я не намерен бегать за тобой слишком долго. У моего терпения есть предел.

От тихого спокойного голоса Севастьяна у меня кровь в жилах стынет. Сглатываю. Страх ползет под кожей и окутывает внутренности. Кажется, за прошедшие четыре года Севастьян стал еще опаснее.

Бах. Бах. Бах.

Голова насильника разлетается по стенам.

Бах. Бах. Бах.

Кровь от обезглавленного тела растекается по полу и касается моих пальцев.

И еще безжалостнее.

У меня не остается другого выхода, кроме как разрешить Севастьяну подняться в квартиру со мной. В лифте понимаю, что ненавижу его еще больше. Теперь и за то, что внушает мне страх. Я ведь действительно боюсь его. Боюсь, что отберет у меня сына. Такой мужчина, как Севастьян, может.

— И часто ты так поздно одна ходишь? - спрашивает, пока узкая металлическая кабинка предательски медленно ползет вверх. Когда я нажала кнопку вызова лифта, как назло, приехал не грузовой, а маленький пассажирский. Из-за этого я вынуждена стоять к Севастьяну слишком близко. Настолько близко, что адреналин разгоняется по венам.

— Бывает.

— Но это же опасно, Элла.

— С тех пор, как я с тобой развелась, моей жизни больше ничего не угрожает.

Мне слишком сложно смотреть ровно перед собой на двери лифта, а не поднять голову на Севастьяна.

— Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Молодая девушка, одна, в час ночи… Где твой возлюбленный? - мне кажется, или Сева действительно произнес эти слова с презрением? - Почему он тебя не провожает?

Вот теперь я поднимаю на Севастьяна голову.

— Не лезь в мою жизнь, - чеканю.

Наконец-то лифт доезжает до моего восьмого этажа, и двери открываются. Поворачивая ключ в замке, немного нервничаю. В квартире няня. Она увидит Севастьяна и что обо мне подумает? Что я притащила мужика на одну ночь? Не то чтобы меня сильно беспокоит мнение няни обо мне, но просто она знакома с Ильей.