Книга Навсегда моя, страница 100 – Инна Инфинити

Семь лет прошло.

Элле тридцать четыре года, Оскару почти одиннадцать.

Я делаю шаг за ворота, потом следующий. Элла и Оскар срываются с мест и бегут ко мне. Через несколько секунд они в моих объятиях. Мы плачем и смеемся.

Теперь всё плохое позади. А впереди у нас лучшая жизнь, в которой мы будем наслаждаться каждым днем. Больше нам ничего не угрожает.

Элла

«Возможно, через несколько лет, когда мы станем другими людьми, мы будем созданы друг для друга».

Я часто вспоминаю эту фразу, случайно прочитанную где-то в соцсети в день, когда Севастьян позвонил в дверь моей квартиры и с порога заявил, что хочется общаться с Оскаром. Тем утром эта фраза показалась мне слишком ванильной и наивной. Я была уверена, что люди не меняются.

Но глядя на спящего Севу рядом со мной в кровати, убеждаюсь, что человек может измениться. Если сам очень сильно этого захочет. Если приложит усилия. Чем-то пожертвует. Оборвет связи с прошлым. Сожжет мосты. Переродится, словно птица Феникс.

Только по-настоящему сильные люди способны измениться. Я счастлива любить такого.

Я склоняюсь над спящим Севой, едва ощутимо веду носом по его колючей щеке и целую в висок.

— Я люблю тебя, - шепчу на ухо, но он не слышит.

Выскальзываю из кровати, накидываю на плечи шелковый халатик и направляюсь на кухню. Оскар уже ушел в школу, мы с Севой дома вдвоем. У меня перерыв в съемках, Сева тоже пока ничем не занимается, так что у нас почти медовый месяц. Он вышел из тюрьмы две недели назад, и все это время мы не отлипаем друг от друга.

Я разбиваю на сковородку несколько яиц, кидаю бекон, завариваю себе кофе и, держа в руках кружку, подхожу к окну. На улице апрель, в небе стало больше солнца, а на тротуарах меньше грязи. Люди под окнами бегут куда-то по своим делам. А я наслаждаюсь тем, что мне никуда не надо. Что я дома, пью кофе, а в комнате за стенкой спит мужчина всей моей жизни.

Как только по квартире разносятся запахи яичницы с беконом, просыпается Сева. Он заходит на кухню в одних спортивных штанах. Это странно, но за семь лет в тюрьме его тело стало еще спортивнее. Сева говорил, что там было гораздо больше времени для занятий спортом, чем когда он работал министром и губернатором.

— Доброе утро, любимая.

Я ставлю кружку кофе на подоконник и отвечаю на поцелуй Севастьяна. Прижимаюсь к его крепкому теплому торсу, отпускаю губы и вдыхаю запах кожи на груди. Боже мой, я не могу поверить, что теперь мы можем быть вместе каждый день. Что больше никто не заберет у меня Севу. Что впереди у нас долгие годы счастливой жизни.

Сева ведет руками по моей спине. Доходит до ягодиц и проскальзывает под шелковый халат. Под ним на мне одни тонкие стринги. Севастьян разворачивает меня к кухонному столу и усаживает на него. Я только успеваю выключить яичницу на плите, прежде чем мы начинаем заниматься любовью.

Мы очень много занимаемся сексом. Несколько раз днем, пока Оскар в школе, а потом еще всю ночь. Нам не надоедает и мы не устаем. Наоборот нам мало. Мы не можем насытиться друг другом.

Сева входит в меня быстрыми ритмичными толчками. Наши губы, руки, тела слились воедино. Мы одно неразрывное целое. Два пазла, идеально подошедших друг другу.

Оргазм накрывает нас мощной вспышкой. Время останавливается, жизнь замирает. По телу проходят волны наслаждения. Судорожно глотая воздух, Сева выходит из меня. Между ног сразу растекается теплая жидкость.