Книга Ты сдохнешь - я не заплачу, страница 53 – Чарли Энн Маар

И слишком старается. Больше чем мама и Рики.

Никак не могу её успокоить. Она будто всегда настороже, постоянно боится меня оставить.

Как же она испугалась. Я когда глаза в реанимации открыл, Аги была первой, кого я увидел. Чуть не охренел от того, какая она худая и бледная. Кажется, в тот день, когда я очнулся, она тысячу раз сказала мне о том, что любит, и всё время при этом плакала.

Как только мама с Агатой выходят из палаты, ко мне заходят Марс, Эм и Рустам. Отец с Рики и Яной что-то мутят дома в честь моего возвращения из больницы. Мне, конечно, вообще не хочется никаких праздников, но я решил их не обижать, так как все они настолько испугались — я в жизни никогда не видел в их глазах такого страха. Даже мой чопорный и вечно хмурый отец стал проявлять больше эмоций, а на висках у него сильнее выступила седина.

Рустам первым протягивает мне руку для приветствия. Затем Марс с Эмом.

— Какие новости?

Им прекрасно известно, о чем и о ком я спрашиваю.

— На границе их взяли. Собирались лететь в Германию всей своей шмарской компанией. Рита по моим данным уже давно благодаря папочке находится на Корфу. Так как здесь ты её бизнес уничтожил, то она, вероятно, будет там что-то пытаться, а может, просто жить на папины зелёные, — сухим голосом сообщает Эм. — Притащить её сюда?

Мы с Рустамом переглядываемся.

— Оставь её, — отвечает Багримов. — Она наверняка обыкновенная идиотка и не сообразила, в какое дерьмо её тянет Крупский. Достаточно стереть с лица земли её папашу и, соответственно, лишить финансирования её саму. Этого хватит. Она сама себя погубит.

Эм кивает на слова отца.

Я тоже ему киваю, давая зелёный свет к основным действиям.

— Ты, надеюсь, понимаешь, Ар, что именно я сделаю с этими двумя? — Эмиль смотрит на меня спокойно и холодно.

Он всегда со стороны кажется беззаботным весельчаком, и только мы с Марсом знаем, на что он способен на самом деле.

— Понимаю.

— Если протестующих нет, то я могу начать?

Мы, все четверо обмениваемся взглядами.

— Протестующих нет.

— Отлично. Тогда увидимся чуть позже, — Эм шагает к двери.

Марс тут же следует за ним.

— Ты же не думаешь, что я позволю тебе одному мстить за сестру и друга?

Когда они выходят, всё внимание Багримова обращается на меня.

— Хочешь сказать мне что-то, Рустам?

— Разумеется.

— Внимательно, — я прямо и без страха смотрю в глаза отца женщины, которую люблю.

Он тоже в свою очередь смотрит на меня пристально, бесстрашно и даже с некоторой угрозой.

— За парней я не боюсь. Если со мной что-то случится, они всегда справятся. А вот Агата... Надеюсь, ты понимаешь, Артур, какую ответственность взял на себя, когда решил прикоснуться к моей дочери?

— Предельно, Рустам.

— Вот и отлично. Потому что, если ты её обидешь, я найду способ выбраться и из могилы, и убить тебя.

Уголки моих губ машинально дёргаются.

Другого я от него и не ожидал услышать.

Он сказал слова, которые я однажды скажу тому, кто встанет рядом с моей дочерью. Почему-то я уверен, что у нас с Агатой родится дочь.

Агата

Я иду по коридору больницы. Так холодно. Никого нет. И мокрый противный туман скользит по полу, касается моих голых стоп, морозит кожу.

Сердце гулко стучит. И мне почему-то очень страшно, будто меня ждёт нечто ужасное там, в конце коридора.