Книга Фиктивно моя, страница 22 – Инна Матвеева

Улыбаюсь краешком губ, взяв в руки её лицо и поднимая к своему.

— И не подумаю, — твёрдо обозначаю. — Кстати, можешь и сказать им, что это я. Потому что одним разом мы не ограничимся. Знала бы ты, как я давно и сильно хочу тебя... — голос против воли вздрагивает, снижаясь.

Безумная жажда накатывает. Я буду у Эмилии первым... Она сама выбрала меня для этого.

— У меня есть ещё вариант, как с ними справиться, — для очистки совести сообщаю. — Только он более жёсткий. Твой приятнее гораздо.

— Мой вряд ли сработает на все сто, — качает она головой, облизывая губы.

Глажу её щёку большим пальцем, склоняясь лицом к лицу. Сдавленно выдыхаю почти в самые губы, чувствуя, как меня всё больше кроет:

— Но это ведь не значит, что мы не пойдём по нему?

Ответа не жду. Не выдерживаю уже секунд промедления, сразу накрываю губами губы, окунаясь в охренеть какой желанный поцелуй.

И знала бы Эмилия, какого труда мне стоит не напирать в нём. Тем более, помня, что она сама пришла ко мне с самыми конкретными намерениями...

Но помню я и о её смятении и смущении, и это какого-то хрена даже в распалённом сознании повод сдерживаться, как могу. А могу я едва ли... Лишь выплёскивая нежность, с которой просто сминаю губы губами и глажу по щеке. Не прижимаю девчонку к себе, не раздеваю. Даю ей возможность оттолкнуть меня и разорвать поцелуй.

Который, кстати, не сказать, чтобы легко по ощущениям давался. Рёбра напоминают о нехватке дыхания болезненными ощущениями. Челюсть тоже слегка выбита. Но поцелуй стоит, чтобы пройти через всё это — и даже через новый мордобой.

Так что хорошо, что Эмилия не видит, как меня отделали. На лице не так заметно, а футболку снимать не буду. Найду причину.

А Эмилия явно принимает окончательное решение, порывисто обнимая меня за шею, вставая на цыпочки, прижимаясь. Так сильно, что в груди больно — но похуй. Куда важнее, что её язык скользит мне между губ, явно желая сделать наш поцелуй более откровенным.

В башке уже шумит от переизбытка эмоций и ощущений. С некоторых пор у меня одно присутствие Эмилии кровь горячит, а уж целовать её... И более того — внимать тому, как целует меня она.

Причём не ограничивается только этим. Опускает одну из рук, проводит ею мне по груди, отчего рёбра снова болезненно ноют. Держусь, и Эмилия не замечает заминки в поцелуе, а её пальчики неожиданно ложатся на пояс моих брюк.

Воу... Как быстро смелеет.

И о чём думает в этот момент? О необходимости избавиться от влияния родителей? Понимает же, что вряд ли получится таким способом? Или просто готова на всё, чтобы хоть как-то им отомстить?

Блять, куча мыслей в башке, и все не в ту сторону. Я ведь даже мимолётно не допускаю, что Эмилия делает это прежде всего потому что хочет. Со мной, меня...

Я вот так сильно жажду её, что любую боль готов превозмогать.

— Лучше пойдём в спальню, — хрипло предлагаю, когда мы разрываем поцелуй.

Больше для себя, чем для неё. Потому что я хочу поскорее окунуться в неё так, чтобы последние мысли вышибло. Чтобы и не думал, ради чего Эмилия по её мнению это делает. По факту ведь хочет. Такой энтузиазм сложно подделать, и не держится он на злости на предков. Сейчас их между нами нет.

И похер, выдаю ли я желаемое за действительное. Главное — не останавливаться.