Книга Подонок. Его наказание, страница 42 – Инна Матвеева

И давно Дан вернулся?

У меня даже нет сил злиться на его чёртов пароль. Хотя и бесит, что я там фигурирую. Не меньше злит, что он увидел, куда я лезу. Мало ли что теперь подумает…

— Без пробелов на русском? — сухо уточняю, не понимая, как при этом умудряюсь смотреть ему в глаза. — А цифры как?

— Без пробелов, на русском, с заглавными первыми. Цифры цифрами. У меня в качестве паролей всегда ближайшая цель и дата, когда я её поставил. Как достигну, меняю.

Семнадцатого апреля, значит… Почти в день нашего знакомства.

Хотя нафига мне об этом думать? И мысленную реакцию ему не дам. Вообще без тормозов этот мудак — ещё недавно вроде как беспокоился о моём самочувствии, чай приносил, а сейчас опять выпаливает нечто, что способно взволновать враз.

— Что там были за звуки? — сухо спрашиваю, вводя пароль. Да-да, прям при Дане, из упрямства. Пусть не думает, что меня легко выбить из колеи.

— Мощные петарды, — с ухмылкой заявляю: да уж, и стоило ради этого подниматься… Впрочем, стоило, но ради Леры, сидящей у меня в комнате без лифчика и явно осмелевшей: вон как пароль набирает уверенно. — Какой-то придурок отмечал открытие своего дурацкого бизнеса. Не вникал, какого, когда прогонял его вместе с компашкой нахрен.

Ну да, ради этого пришлось пожестить. Выхватил их пиротехнику, изобразил, что собираюсь поджечь и на них направить. Охуительно убедителен был, как будто и вправду собирался рискнуть и прям в руках держать горящую штуковину.

Просто так доходчивее, чем сраться и убеждать. Уверен, и до меня кто-то пытался по-хорошему их просить прекратить. Всё-таки у кого-то работа утром, у кого-то дети…

— Прогонял? — растерянно спрашивает Лера. — Зачем так радикально?

Хмыкаю: это она ещё не знает, каким именно образом я это делал. С чего вдруг добренькая такая — надо было позволять мудакам всем мешать и кого-то даже пугать?

— Потому что ты испугалась, — выдаю как самый важный аргумент. Отчасти хочется девчонку с толку сбить, если не смутить, а отчасти правда ведь. Мной именно это двигало. Какой-то защитник внутренний включился: такая беззащитная Лера была.

Замирает от моих слов. Даже кнопку пуска не нажимает, хотя вроде как уже ввела пароль. Разворачивается ко мне, смотрит забавно: с настороженным любопытством. Давлю в себе смешок — она же явно понять что-то пытается.

Хотя скорее нащупать:

— А если я боюсь твоих действий? — не просто спрашивает, а руками прикрывает грудь: демонстративно или машинально, хрен поймёшь. — Тебя… — осторожно заключает.

Всё-таки усмехаюсь, пытаясь понять, она всерьёз это или на понт меня берёт на основе моих слов. Внутри стрёмно тянет непонятным чувством, которому не могу найти название, но почему-то начинаю вспоминать свои взаимодействия с Лерой. Вроде не перегибал же?

— Эту проблему я тоже решаю, — заявляю вкрадчиво, назло её жесту и собственным заминкам задерживая взгляд именно на ладошках, прикрывающих соски. Как будто я и без того их, блять, не запомнил слишком отчётливо. И на ощупь тоже помню, кстати. Осталось только увидеть и ощутить языком. — Но иначе…

И не то чтобы специально, да. Мне просто в кайф любым образом зависать с Лерой, а действует это на пользу, так или иначе. При любом раскладе сближаемся, хочет она того или нет. Вон уже в ноутбук ко мне полезла и про детство спрашивала.