Онлайн книга «Подонок. Его наказание»
|
«Не думаю, а знаю, Лер. Да, он конченный мудак. Я запаниковал, когда он мне сказал про похищение. Стал просить его не трогать тебя, а потом начал рассказывать всё, как есть. Его это не остановило, как видишь. Он сначала молчал, слушал, а потом резко перебил и сказал все те страшные слова, как с тобой поступит, если я не смогу убедить ребят». Вчитываюсь в эти строчки снова и снова. Подобрать ответ никак не могу. Даже мысленный. Внятные слова буквально вышибает из головы… Я ведь даже сейчас, будучи уже фактически пленницей ублюдка, дерзила ему и чуть ли не свободно разговаривала. Потому что подсознательно не ждала от него совсем уж подлянки. Сколько ещё вымораживающих фактов мне нужно, чтобы наконец осознать, кто он такой?! Нормальная бы ещё чуть ли не при первом столкновении поняла, что ничего хорошего от него ждать не стоит. И нет, не нужно напоминать себе, что тогда Дан меня отпустил. Сделал это лишь потому, что в тот момент не был так уж заинтересован. Сейчас… Не нужно обладать сексуальным опытом, чтобы понимать, насколько это изменилось. Меня таким желанием, даже потребностью его, захлестнуло, когда целовал, трогал, раздевал… И даже не вызывай я в Дане отклика как девушка, сейчас мы с Максом его враги. А Филатов явно бескомпромиссен, когда задевают его интересы. И хватит уже рассчитывать, что он больше пугает и что всё обойдётся. Ни к чему внушать себе, что похищение — худшее, на что Дан способен. Да, оно нестандартное, во многом не ограничивающее свободу. Но лишь до поры до времени. Он выполнит все свои угрозы. И вряд ли этим ограничится. Его не остановит ничто. Будь это возможно, хоть какие-то сомнения у Дана появились бы в тот момент, когда Макс рассказывал о моей ситуации. Но нет… Филатов ещё ожесточённее начал разговаривать. Даже если не поверил нам — нормальный бы хоть допустил такую вероятность, попытался убедиться, потребовал доказательств. Нет, ему всё равно. Просто отбросил от себя это всё, как будто Макс и не говорил. «Тогда у нас нет другого выхода, кроме как выполнить его требования, — пишу брату, который во время моих размышлений явно уже известись успел. Просил, чтобы я держалась, обещал что-то придумать, спрашивал про таблетки… — Надо придумать что-то, чтобы у ребят не было лишних вопросов. И чтобы мы тоже остались в гонках. А после этого, клянусь, я найду способ перед гонкой опоить Дана так, как ты бы хотел. Я сделаю это, и ты победишь», — последнее пишу чуть ли не с остервенением, поймав себя на том, что и вправду готова. Ещё некоторое время назад я и представить себе не могла, что способна пойти на такое. На словах поддерживала Макса, а мысленно жила исключительно настоящим, стараясь даже не думать, как буду это делать. Всё рассчитывая на чудо, что не придётся… Зато теперь я действительно готова. Неважно, как, но я сделаю это — и, опоив, оставлю Дана дома, приковав наручниками к кровати. Чтобы и не смог пойти на гонку. Да, для этого плана мне придётся обзавестись наручниками, и — что куда хуже — выпивать с ним именно здесь, в этой квартире, которая теперь моё заточение. Вряд ли это будет безобидным визитом, безопасным… Но к чёрту — я правда что-то придумаю. Воевать так воевать. Совесть вполне успокаивается тем, что, во-первых, на мотоцикл Дан в таком состоянии не сядет; а во-вторых, сам горазд на ещё более грязные методы. И сейчас он сознательно на полном серьёзе рискует моей жизнью, зная о моей ситуации и продолжая меня как минимум пугать. |