Книга Сексуальный коп, страница 94 – Лорелин Пейдж, Сьерра Симоне

— Больше не надо дрочить, пока я смотрю на свой плакат с Джессикой Альбой?

— Не надо дрочить, глядя на плакат, — подтверждает она. — Или в душе. Где угодно. Ты сохранишь их все это для меня.

— Ты уверена, что хочешь этого, котенок? Удовлетворить весь мой аппетит?

Она кивает, снова сжимая меня. Боже, так трудно спорить с ней в таком состоянии. Она схватила меня за яйца... и за член тоже.

— Знаю, что не буду плодородной весь месяц, но не хочу рисковать, если ошибусь с датами или что-то в этом роде.

Она опускает руку с легкой самодовольной улыбкой. Я стону от ее отрицания.

— Черт, ты злюка.

— У меня закончатся месячные через пять дней. Тогда ты можешь выебать мне мозги. Но до тех пор оставь это для меня. Весь месяц, все твои оргазмы. Все для меня.

Но когда она мило подмигивает мне, и я шлепаю ее по заднице полу-игривой, полу-ненавижу-очень-сильно-прямо-сейчас, задаюсь вопросом, понимает ли она правду — сперма в моем теле и за его пределами.

Это уже все для нее.

ЛИВИЯ

— Это моя мама, — говорит Райан, кивая на машину, приближающуюся с противоположной стороны дороги.

Было четверть девятого, и, поскольку мне было неудобно оставлять девочку-подростка одну дожидаться своей машины после закрытия библиотеки, я осталась с ней. Я щурюсь, но в весенних сумерках не могу разглядеть водителя.

— Уверена?

— Я знаю машину, — говорит она, оглядываясь по сторонам, прежде чем перейти улицу. Мы далеко от пешеходного перехода, но уже поздно, и на дорогах никого. Никто не обратит внимания на то, что она переходит проезжую часть.

Я наблюдаю, как она открывает заднюю дверцу «БМВ» и забирается внутрь. Удовлетворенная тем, что она нормально устроилась, я начинаю поворачиваться, когда опускается стекло переднего пассажирского сиденья и мать Райан перегибается через пустое сиденье, чтобы что-то крикнуть мне.

Я чувствую себя глупо, крича на всю улицу, поэтому оглядываю обе стороны дороги, затем подбегаю и наклоняюсь к открытому окну.

— Добрый вечер, доктор Элли, как у Вас дела? — Я встречалась с ней раньше, мельком, но все равно чувствую себя неловко. Я гораздо лучше общаюсь с подростками, чем со взрослыми.

— Всегда занята. Вы же знаете, как это бывает. — Она хирург, у нее муж-врач и дочь-подросток. У меня такое чувство, что я понятия не имею, насколько насыщена ее жизнь, но я все равно киваю в знак согласия. — Спасибо, что спросили. И Диана. Пожалуйста.

— Конечно. Диана, — говорю я, надеясь, что это звучит естественно.

Затем я жду, уверенная, что она позвала меня не просто для приветствия, но, если она в ближайшее время не нарушит тишину, мне придется сделать это самой, и я буду выглядеть идиоткой.

К счастью, она продолжает.

— Я просто хотела поблагодарить Вас за то, что Вы подождали с Райан. Я знаю, что дочь проводит много времени в библиотеке, и она действительно полагалась на Ваше руководство. Райан постоянно говорит о Вас. В этом году Вы оказали ей огромную поддержку в учебе, и мы с Джоном очень благодарны Вам за это.

— О, это мило, но в благодарности нет необходимости. — Я останавливаю себя от того, чтобы сказать, что это моя работа, потому что не хочу, чтобы Райан подумала, что я воспринимаю ее только как пункт в списке задач сотрудников. Она гораздо больше. Именно такие дети, как она, заставляют меня получать такое же удовольствие от работы, как и я сама, но я также знаю, что эти слова могут смутить ее. — Райан тоже оказала мне большую поддержку, — говорю я, останавливаясь на той части правды, которую, думаю, она будет рада услышать. — Она поддерживает во мне социальную сознательность и постоянно подталкивает к тому, чтобы выйти за пределы моей зоны комфорта. Спасибо за воспитание. Вы вырастили замечательного подростка.