Книга Одна на двоих. Золотая клетка, страница 38 – Бетти Алая

— Не знаю. Но откуда ты…

— Кредитка привязана к моему счету. Этого не отследить, все операции зашифрованы. И про сейф я в курсе, твой отец сделал это по моей просьбе.

Молчу. Потрясенно смотрю на Горцева.

— Это все твоя идея… — выдыхаю.

— Да. Василий пришел ко мне однажды. Сказал, что чувствует, как ему в спину дышат влиятельные люди. И хотят забрать его дело. Спросил, как можно защитить тебя в случае чего. Он всегда думал только о тебе, Яна.

Всхлипываю.

— Почему ты не сказал мне? Что все знаешь?

— Что бы это изменило? — он накрывает мою руку своей. — Ты бы меня возненавидела еще больше…

— Я не ненавижу тебя…, а люблю, — тихо произношу.

Снова тишина. Тягучая, тяжелая. Мурад пристально смотрит на меня. Но как объяснить, что именно сейчас я понимаю свои чувства куда лучше, чем вчера? Словно это нападение на меня поставило мозги на место.

— Любишь? — он приближается, словно ищет в моих глазах подвох.

— Да. Прости, что раньше не сказала. Я не была уверена в своих чувствах. Просто… зачем я тебе? Ничего нет такого…

— Яна, — он сокрушенно смотрит на меня, — в смысле нет? Ты ведь прекрасно знала…

— Ты не говорил… я просто потеряшка, Мурад. А вы тянете меня в разные стороны, — эмоции постепенно берут надо мной верх, — я хотела быть с тобой. Но ты постоянно пытался посадить меня дома и… превратить в типичную восточную невесту. А я не такая. Мне нужна свобода. И чтобы со мной говорили!

Он зарывается пальцами в волосы.

— Я не пытался сделать из тебя никого… просто хотел защитить, как умел, — усмехается, — но прости, что ничего не объяснил… я… ошибся.

Льну к нему. Боль в теле слегка отступает. Мурад обнимает меня, нежно гладит по спине.

— А Клим… — вдруг спрашивает, — к нему ты тоже что-то чувствуешь?

Почему он это спросил? Но я не хочу врать. Больше не хочу. Все карты на стол и будем решать.

— Да.

Мурад

От признания Яны я слегка оторопел. Она так спокойно сказала о своих чувствах, что застала врасплох.

Не юлила, не язвила. Бахнула в лоб и нокаутировала.

— Ничего не скажешь? — тихо спрашивает.

А у меня нет слов. Все они куда-то испарились.

Я тебя люблю…

Услышать это от такой, как Яна, дорогого стоит. Она непоседливая, гордая… невыносимая. Но при этом до безумия сексуальная в своей строптивости…

Окидываю взглядом аудиторию. И вижу насмешливый взгляд. На той неделе Василий Чикин попросил меня приглядеть за его дочерью. Я мог бы просто приставить охрану, поскольку всех людей Васьки Яна знает.

Она девочка неглупая и научилась справляться со взрослыми мужиками одной улыбкой.

— Как интересно, — после лекции дочь друга подходит ко мне, — Мурад Демидович. Когда это вы успели получить диплом педагога?

Она прожигает меня взглядом голубых глаз. А у меня тут же встает. От ее наглости. Уверенности. Свежести.

— Ты многого обо мне не знаешь, золотая девочка, — ухмыляюсь, — в том числе уровень моего образования.

Естественно, я вру. Диплома педуниверситета у меня нет. Зато есть кое-что получше. Огромный опыт в бизнесе и деньги.

Первое помогает мне объяснять студентам ситуации на практике, а второе — получить эту должность без лишних вопросов.

— Вы тут из-за меня? — нагло спрашивает. — Папа попросил?

— С чего ты взяла? Я просто решил заняться чем-то новым, — улыбаюсь, встаю.