Книга Сосед на Камри, страница 36 – Agna Werner

— Выросла, моя деточка, — она лишь грустно качает головой и кладет ладони на колени, пока я продолжаю скакать. — Надеюсь, он стоит того?

— Он стоит гораздо больше.

Хлопок двери нарушает идиллию.

— Кристина, ты дома? — суровый металлический голос мамы не предвещает ничего хорошего.

— Ириночка Владимировна, что делать? — в панике ищу глазами, куда спрятаться.

— Быстро за стол, — она за секунду накладывает и размазывает тушеные овощи по тарелке. — Сделай вид, что давно тут сидишь и ешь.

— Мама, я здесь, — засовываю огромную порцию в рот, отчего раздуваются щеки и немного уменьшаются губы.

— Ирина Владимировна, во сколько она пришла? — окутанная шлейфом терпких духов, мама постукивает по мраморной столешнице ногтями в тон красной кожаной юбки. Безупречный образ завершают десяти сантиметровые шпильки и шифоновая бежевая блузка. От нее исходят волны нетерпения, как будто собирается ругаться независимо от ответа.

— Так полшестого была.

Мама переводит недоверчивый взгляд на меня, отчего давлюсь и закашливаюсь.

— Я нисколько не удивлена, — брезгливо протягивает мне салфетку, словно перед ней не собственный ребенок, а грязная попрошайка. — Утрись.

— Любовь Георгиевна, вам накрывать?

— Нет, в городе поела, — любуясь собой в глянцевом отражении кухонного фартука, мама поправляет идеально прямые, высветленные волосы. — Кристина, до какого числа у тебя продлятся экзамены?

— До двадцать пятого июня, — вставляю до следующего приступа кашля.

— Ясно, — в интонации так и сквозит привычное недовольство. — Ирина Владимировна, если Николай Викторович спросит, я поехала в бассейн, — и обращаясь уже ко мне, добавляет: — Видишь, сколько дополнительных хлопот, мне пришлось приехать и проверить тебя.

Виновато склоняюсь, а по факту прячу лицо. Мама уходит, а мы с Феечкой выдыхаем.

— Специально подавилась? — она плюхается на стул и обмахивается полотенцем. Седые пряди выбились из пучка и свисают до плеч, передник вовсе съехал на бок.

— Нет, случайно вышло, — отодвигаю тарелку. — Фух.

— Будем считать, что на сей раз выкрутились. А дальше как, постоянно будешь есть и давиться?

— Не знаю. Может, у меня простуда выскочила?

— Аха-ха-ха, — простодушно смеется Феечка. — А может, вы будете аккуратнее целоваться?

— Ох, Ириночка Владимировна, да разве рядом с ним будешь об этом помнить! — мечтательно закатываю глаза. — Ладно, пойду к себе. Обещала Владу написать.

— Иди-иди.

На разблокированном экране телефона светится пять пропущенных от Милы и смс от Влада. Еще один звонок с незнакомого номера, наверно, опять что-то продают. Рекордно коротко разговариваю с подругой, в общих чертах обрисовав прошедшее свидание, затем уже с ним о всякой ерунде, о детских комичных ситуациях и несуразных выходках. Влад рассказывает о студенческих годах, и я узнаю много нового про брата. Становится до слез обидно, что это сообщает мне не Игорь. Оказывается, они были главными заводилами-проказникам и, одновременно, лучшими на курсе. Еще до конца учебы их начали приглашать на собеседования, Игорь без проблем нашел отличное место, а Влад отказался, хотел мир посмотреть. Он поделился своей болью, как у нас в городе плохо развит сервис онлайн-доставки. Например, в Казахстане можно заказать нужную вещь, и через три часа тебе ее привезут хоть ночью. В России, если это не Москва, такой номер не пройдет, поэтому первые месяцы после возвращения он убил на обустройство быта.