Книга Лунный свет среди деревьев 1, страница 78 – Екатерина Боброва

При свете дня Вей оказался моложе, чем казался в темноте и довольно симпатичен. Длинные волосы были стянуты в хвост. Одежда простая, но подогнанная по фигуре и явно не дешевая. Двигался он слишком ловко для крестьянина, да и говорил правильно. Ладони без трудовых мозолей. И если учитель поручил ему присмотреть за мной, то это означало…

— Ты бывший ученик мастера Гу? – спросила прямо.

Он глянул на меня с искренним возмущением.

— По голове вроде не били, – хмуро заметил. – И с глазами все в порядке. Так почему не видишь, что я старше тебя? Откуда такая непочтительность, ученица?

— Прости… те, – я с досадой прикусила губу. Расслабилась. Забыла, как важен здесь возраст. Старший всегда будет тыкать, если только разница в статусе не перевешивает. А мой статус сейчас… Ниже разве что у преступников.

— Прощаю, – отмахнулся Вей. – Тебе вчера сильно досталось. Только не забывай, что учитель за тебя поручился. Не вздумай его подвести!

И на меня грозно нахмурили брови.

Я подняла сандалию, примерила. Попыталась подвязать, но жесткая солома выскальзывала из пальцев. Еще и плечо разболелось – хоть волком вой.

— Не поможете? – попросила.

Парень тут же покраснел, замотал головой и отступил в сторону кухни.

— Я лучше обед приготовлю, – буркнул сдавленно.

Странный он какой-то… То отчитывает, то смущается.

— Эй, хозяева, вам рыба нужна? – стукнули в калитку, и Вей выскочил открывать.

На обед у нас был рыбный суп. Парень отварил риса – полную кастрюлю. Еще и рыбы нажарил мне на ужин. Вышло вполне съедобно.

— Учитель любил рыбу, – пояснил на мою похвалу Вей, – пришлось научиться готовить.

И он с тоской посмотрел на лежащие на тарелки куски.

— Может останетесь? – предложила я с легкой улыбкой. Вдруг стало неуютно при мысли, что придется остаться одной в чужом доме…

— Нет, мне пора, задержался уже, – тут же засобирался он, практически вылетев из-за стола. Через секунду хлопнула калитка заднего двора.

Надо же… А ведь раньше я вертела мужчинами… Многие за мной ухаживали, но чтобы так удирали… Неправильные они здесь какие-то…

Вей скатился по склону. Прыгнул в лодку, едва не опрокинув. Схватился за весло. Бросил обратно. Наклонился, зачерпнул полную пригоршню воды и плеснул в лицо. Ледяная вода иголками пробежала, остужая, по разгоряченной коже.

Ему показалось мало и он, наклонившись, сунул голову в воду. Вытащил, тряхнул мокрыми волосами. Приложил ладонь к груди, прислушался – сердце все еще колотилось, словно пойманная в сети рыба.

Что с ним такое?!

Перед глазами, не отпуская, стояла картина: обнаженное тело, лежащее на камнях. Небольшая грудь, плоский живот, гладкая, бархатная кожа и… трогательная беспомощность, от которой слезы вскипали в глазах и хотелось обнять, не отпускать.

Он честно пытался прогнать образ. Выкинуть из головы. Но девчонка будто специально, то ногу обнажит – а его жаром прошибает, то попросит помочь – и его от одной мысли о прикосновении трясти начинает. А когда она предложила остаться… Ночь под одной с ней крышей… От вскипевшей крови совсем стало плохо, и в голову полезло такое непотребство…

Он застонал и снова сунул голову в воду. А потом ухватился за весло и погреб как безумный – подальше от искушения.

— Я справлюсь, – пообещала себе, глядя на куриц. Те не отреагировали, полностью смирившись с судьбой быть съеденными в супе.